Пока стряпчий размышлял – шутка это или комплимент, в уши ворвался привычный рев Коски:
– Темпл!
– Хозяин зовет, – сказала Шай.
Имело ли смысл это оспаривать? Виновато кивнув, Темпл потащился, как побитая собака, которой он, похоже, и был, прочь, к форту. Обошел наемника, который с измазанным жиром лицом рвал руками жареного цыпленка. Двое других боролись за флягу с пивом и случайно выронили пробку, а третий нырнул между ними, жадно подставляя рот под хлещущую струю. Послышался крик – это шлюха взгромоздилась на плечи троих мужиков, вся увешанная древним золотом, с диадемой, криво сидящей на голове, и визжала:
– Я – королева гребаного Союза! Я – гребаная королева гребаного Союза!
– Рад видеть вас живым и здоровым, – Суорбрек похлопал Темпла по руке с искренним участием.
– Жив – уже неплохо.
Вообще-то Темпл забыл, когда в последний раз чувствовал себя хорошо.
– Как там было?
– Боюсь, вы не сумели бы записать героическую историю, – глянул на него Темпл.
– Я уже оставил надежду найти хоть какую-то.
– Чем раньше надежду оставляешь, тем лучше… – пробормотал законник.
Старик собрал троих слегка пованивающих капитанов и заговорщицки шептался с ними в тени укрепленного фургона наставника Пайка.
– Дорогие мои друзья, – сказал он, начиная со лжи, чтобы ложью и завершить речь. – Мы вскарабкались на шаткую вершину успеха. Но, как человек, который довольно часто достигал побед, скажу – забравшийся высоко в случае неудачи падает очень долго. Испытание удачей для дружбы труднее, чем испытание проигрышем. Нам нужно быть вдвое осторожнее с нашими людьми и втрое – с посторонними.
– Верно, – кивнул Брачио, постукивая зубами.
– Согласен! – осклабился Димбик, чей острый нос покраснел от мороза.
– Такова воля Божья, – пророкотал Джубаир, возводя глаза к небу.
– Когда такие три столпа поддерживают меня, я могу быть спокоен! Первым делом нам нужно собрать всю добычу. Если она останется на руках у парней, то эти падальщики обчистят их еще до рассвета.
Парни горланили, радостно приветствуя появление торговца с бочонком вина. Щедро усеивая снег красными пятнами, кружки расходились по цене, десятикратно превышающей стоимость самого бочонка.
– К тому времени они умудрятся еще и в долги залезть, – заметил Димбик, приглаживая торчащую над ухом прядь волос наслюнявленным пальцем.
– Я предлагаю незамедлительно собрать все ценности. Они должны быть пересчитаны в нашем присутствии сержантом Балагуром и переписаны стряпчим Темплом. После чего будут храниться в фургоне под тройной охраной. – Коска стукнул кулаком по крепким доскам, из которых был сделан фургон, чтобы подтвердить здравомыслие своего предложения. – Димбик отберет для охраны самых преданных нам людей.
– Люди не станут охотно сдавать добычу, – сказал Брачио, наблюдая за одним из наемников, который крутил вокруг головы золотую цепь с самоцветами.
– Конечно, не станут, но если мы будем настойчивы, а также обеспечим кое-что для отвлечения внимания, то сумеем справиться. Сколько у нас сейчас людей, Балагур?
– Сто сорок три, – ответил сержант.
– Рота тает слишком быстро, – покачал головой Джубаир, словно разочаровавшись в человечестве.
– В будущем нельзя позволять дезертирство, – сказал Коска. – Предлагаю всех лошадей собрать, загнать в загон и приставить бдительную охрану. Из доверенных людей.
– Опасно. – Брачио почесал складку на шее. – Есть весьма своенравные…
– Это как у лошадей… Проследи, чтобы все сделали. Джубаир, мне нужна дюжина самых лучших твоих людей, поскольку запланирована маленькая неожиданность.
– Жду вашего приказа.
– Что за неожиданность? – спросил Темпл. Видит Бог, он не желал каких-то новых волнений.
– Неожиданность, о которой рассказал, – усмехнулся капитан-генерал, – перестает быть неожиданностью. Но я чувствую, что вам всем понравится. – Вот в это Темпл не верил никоим образом. Понятие чего-то, что могло понравиться, и Коска пересекались все реже и реже с каждым днем. – Итак, каждый занимается своим делом, а я пока поговорю с людьми.
Пока капитаны расходились, глаза Коски подозрительно сузились, а улыбка медленно сползла с лица.
– Не доверяю я этим ублюдкам, даже погадить рядом не присел бы.
– И я, – сказал Балагур.
– И я, – согласился Темпл, хотя человек, которому он доверился бы в последнюю очередь, стоял сейчас рядом с ним.
– Нужно, чтобы вы двое занялись сокровищами. Каждая медная монетка должна быть учтена, посчитана и отправлена на хранение.
– Подсчитана? – оживился Балагур.
– Совершенно верно, мой старинный друг. Проследи также, чтобы в фургоне был запас еды, питьевая вода и упряжные лошади чтобы стояли наготове. Если дела здесь пойдут… наперекосяк, нам потребуется быстрое отступление.
– Восемь лошадей, – сказал сержант. – Это – четыре пары.
– А теперь помоги мне. Я должен обратиться к нашим парням.
