Один из наемников опустил бутылку и уставился на него пьяным взглядом.
– Че?
Гулянка продолжалась, хотя и без прежнего воодушевления. Женщины хохотали, мужчины пели, орали и впадали в беспамятство. Никто уже не получал удовольствия, но остановиться не могли – словно труп, который продолжает дергаться. Обжигающее пламя костра ярко освещало улицу. Вайл поскользнулся в слякоти, припал на колено и, приподняв маску, чтобы лучше слышали, прокричал:
– На помощь! Северянин! Пленник!
Кто-то тыкал в него пальцем и откровенно ржал, кто-то требовал заткнуться. Один блевал на стенку палатки, а Вайл выглядывал хоть кого-нибудь, обладающего малой толикой власти над всем этим беспределом. Вдруг цепкие пальцы сжали его локоть.
– Что ты несешь? – Генерал Коска собственной персоной стоял рядом с ним. Слезящиеся глаза поблескивали в бликах костра, покрытая сыпью впалая щека измазана белой пудрой.
– Там северянин! – закричал Вайл, хватая главнокомандующего за рубаху. – Кроткий! Он убил Болдера! И Ферринга! – Дрожащим пальцем он указал в сторону форта. – Там!
Следовало отдать ему должное, Коску не потребовалось убеждать.
– Враги в лагере! – взревел он, отбрасывая пустую бутылку. – Окружить форт! Ты! Перекрыть вход, чтобы мышь не проскользнула! Димбик! Отправьте людей к тыльной стенке! Ты, сделай, чтобы эта баба заткнулась! И к оружию, мерзавцы!
Часть людей бросились выполнять его приказы. Нашли два лука и взяли входную дверь на прицел. При этом кто-то случайно выстрелил в костер. Другие казались растерянными или продолжали кутить, а то и хитро улыбались, полагая, что все происходящее – не более чем заранее подготовленный розыгрыш.
– Что происходит, черт возьми? – Появился взъерошенный Лорсен в черном плаще поверх ночной рубашки.
– Похоже, наш приятель Кроткий пытается спасти вашего пленника, – ответил Коска. – Отходите от двери, придурки! Вы думаете, это – шутка?
– Спасти? – пробормотал Суорбрек, и его брови взлетели над криво надетыми очками. Должно быть, писатель только проснулся.
– Спасти? – воскликнул Лорсен, хватая Вайла за шиворот.
– Пот взял пленника… в плен. Он под присмотром.
Из распахнутой двери вывалилась человеческая фигура, сделала несколько нетвердых шагов. Из прорезей маски виднелись широко открытые глаза, руки прижаты к груди. Пот. Он рухнул ничком, и снег вокруг его головы окрасился красным.
– Что ты говорил там? – бросил Коска.
Закричала женщина, зажимая рот ладонями. Мужчины побежали к палаткам и хижинам, натягивали доспехи, разбирали оружие. Пар от их дыхания клубился в воздухе.
– Тащите сюда больше луков! – ревел Коска, яростно раздирая ногтями прыщи на шее. – Кто мелькнет – нашпиговать стрелами! И уберите на хрен обывателей!
– Контус еще жив? – прошипел Лорсен в лицо Вайла.
– Думаю, да… Ну, был, когда… Когда я…
– Малодушно сбежал? Поправь маску, черт побери! Позорище!
Скорее всего инквизитор был прав. Вайл – позор всех практиков. Но, странное дело, он неожиданно ощутил гордость.
– Вы слышите меня, мастер Кроткий?! – позвал Коска, пока сержант Балагур помогал ему облачиться в позолоченный и проржавевший нагрудник – сочетание роскоши и упадка, прекрасно отражающее сущность этого человека.
– Да, – раздался голос северянина из черного проема входа в форт.
Над лагерем повисло подобие тишины. Впервые со вчерашнего триумфального возвращения наемников.
– Я несказанно рад, что вы почтили своим присутствием наше общество! – Генерал махнул полуодетым лучникам, прячущимся в тенях между домами. – Жаль, что вы не изволили предупредить о своем прибытии. Тогда, возможно, мы подготовили бы более подходящую встречу!
– Думал удивить вас!
– Мы оценили! Но должен заметить, что у меня здесь около ста пятидесяти бойцов! – Коска покосился на трясущиеся луки, слезящиеся глаза и зеленые лица Роты. Некоторые из них крепко поддали, но все-таки держались. – Как признанный поклонник драматических финалов, я не вижу для вас счастливого выхода из сложившейся ситуации!
– У меня никогда не было счастливых выходов, – донесся рык Кроткого.
Вайл не понимал, как человек может сохранять спокойствие в таком положении.
– У меня тоже. Но может быть, мы сговоримся и устроим хотя бы одно для нас двоих? – Движениями руки Коска отправил еще больше людей к тыльной части форта и потребовал новую бутылку. – Почему бы вам двоим не оставить оружие и не выйти к нам поговорить как цивилизованные люди!
– Никогда не любил цивилизацию, – ответил Кроткий. – Думаю, вам лучше прийти ко мне.
– Чертов северянин, – проговорил Коска, вытаскивая и выплевывая пробку из последней бутылки. – Димбик, из ваших людей есть еще трезвые?
– Вы же сами сказали, чтобы каждый напился от всей души, – ответил капитан, сражаясь с потертой перевязью, которая никак не хотела надеваться.
– Теперь мне нужны трезвые.
– Может быть, часовые…
– Тащите их сюда.
– Контуса брать живым! – рявкнул Лорсен.
– Приложим все усилия, инквизитор, – поклонился Димбик.
– Но дать гарантию не можем. – Коска хорошенько отхлебнул из бутылки, не сводя глаз с постройки. – И тогда ублюдок-северянин пожалеет, что вернулся.
