Холодные близнецы полностью

Проснулся и заработал подвесной мотор, Энгус прибавил газу, рассекая волны. Уже совсем стемнело. Погода явно готовила что-то скверное – на севере висели низкие тучи. Порывами налетал холодный дождь, елки на Салмадейре гнулись под резким ветром. Ходили слухи, что надвигается шторм. Похоже, начались первые признаки ненастья.

Чего им только не хватало – так это настоящего зимнего шторма на Громовом острове. При всех сложившихся обстоятельствах вчерашние поминки прошли нормально. Ритуалы были соблюдены, местные жители проявили тактичность.

Но неявные трещины в семье остались незалатанными. Нестабильное состояние Лидии, его презрение к Саре, ее недоверие к нему из-за Имоджин.

Эгнус вел лодку и поглядывал на хмурящееся небо.

Его терзали угрызения совести. У них могло и не быть секса с Имоджин, но их флирт начался именно в тот роковой вечер. Внезапное первое прикосновение, а затем они посмотрели друг на друга как-то по-особенному – призывно и соблазняюще. Тогда-то он понял, чего ей хочется, хотя он тоже подстрекал ее, задержавшись чуть дольше, чем планировал. Я еще успею доехать до Инстоу.

Все сделалось более серьезным после несчастного случая. Сара сломалась.

У них с Имоджин был секс всего пару раз. Но в последний момент он порвал с Имоджин и вернулся к Саре – какая бы она ни была, но это его жена, его семья. В общем, его вина и его ответственность, какими бы они ни были мучительными, являлись ерундой по сравнению с тем, что сделала она – Сара.

В нем вспыхнул гнев. Он попытался успокоиться, втянув носом сырой воздух. Что будет с ними дальше?

Лидия должна снова посещать уроки. Что из этого получится? Учителям, вероятно, сделалось стыдно за то, что они отстранили Лидию от занятий с такой поспешностью, и они звонили Муркрофтам, упрашивая «дайте нам шанс». Вопреки просьбам Энгус хотел попробовать отдать дочь в другое заведение или вообще перейти на домашнее обучение, но Сара была непреклонна и настаивала на школе «Кайлердейл»: мол, иначе та будет ощущать себя отверженной.

Но если она пойдет в «Кайлердейл» или куда-нибудь еще, то кошмар неминуемо усугубится и станет еще более отвратительным и безумным.

Похоже, что зимний шторм окажется неплохой декорацией для этих нелепостей – их жизни давно превратились в мелодраму, если не в дикий маскарад. И они – все трое – носят маски.

Волны хлестали утлую лодчонку, и Энгус обрадовался, когда достиг берега. Он выбрался на галечный пляж Торрана под маяком, оттащил лодку подальше от прилива и поставил мешки с покупками на камни. Внезапно из тьмы послышался голос Сары.

В свете налобного фонарика он увидел, как она бежит к нему. Даже в полумраке он понял, что она чем-то встревожена.

– Гас!

– Что такое?

– Бини!

Сара была в одной рубашке, промокшая насквозь. Дождь хлестал изо всех сил.

– Бини?..

– Он убежал!

– Как? Куда?

– Я красила стену в столовой, пришла Лидия и сказала, что не может его найти. Мы стали искать, везде смотрели – его нет. Он пропал!..

– Но мы же на острове.

– Энгус, мы его слышали.

– Что?

Блеснул маяк, залив все на секунду ослепительным серебристым светом, и Энгус успел разглядеть искаженное страданием лицо Сары. Он понял, что она имеет в виду.

– Он убежал в грязь? Господи!

– Он застрял, мы слышали его вой несколько минут назад!

Сара яростно жестикулировала на фоне черно-серого пространства, отделяющего Торран от Орнсея – бескрайнего простора из песка, камней и этих чертовых, опасных, засасывающих все подряд грязевых полей.

– Гас, мы должны что-то сделать!.. Лидия в истерике! Нельзя, чтобы он просто утонул, когда поднимется прилив.

– Ладно, – Энгус успокаивающим жестом положил руку на плечо Сары, и ее передернуло.

Что еще за шутки. Что, по ее мнению, он собирался сделать? Ее глаза приобрели странное незнакомое выражение, которое она попыталась скрыть. И в этом выражении читалось: «Я тебя ненавижу». Из-за Имоджин, что ли, злится?

Он разберется с этим позже. А сейчас надо задвинуть отвлекающие мысли подальше. У него нет выбора.

– Я только переоденусь.

Энгус потратил пять минут на то, чтобы натянуть непромокаемые штаны, пропитанную водоотталкивающей жидкостью куртку и зеленые резиновые сапоги. Сара и Лидия уставились на него, когда он ввалился на кухню с веревкой, обмотанной вокруг пояса. Он закрепил на голове фонарик и затянул ремешок, чтобы тот не соскользнул. Погода совершенно испортилась. Как всегда на Скае, все затянуло густым туманом. Пожалуй, самые неблагоприятные условия, чтобы идти на грязевые поля.

– Гас, будь осторожен, пожалуйста.

– Конечно.

Он кивнул жене, ожидая от нее моральной поддержки, и она ответила нервной улыбкой. Совсем не убедительной. В который раз.

Подбежала Лидия и обняла его, отчего захрустели пластиковые водонепроницаемые штаны. Энгус опустил взгляд на свою единственную дочь, и его захлестнула волна любви и желания защитить ее.

– Но можешь и не… – начала Сара.