Битва архангелов тем временем становилась всë ожесточëннее. Более тяжëлый меч Михаэля заставлял его противника сохранять дистанцию, однако лëгкий и смертоносный ятаган уже не раз оказывался в опасной близости от груди и шеи властелина Шпиля. Ещё взмах, — и огненная завеса снова вынуждала Люцифера сделать шаг назад. Он не собирался сдаваться. Пламени Михаэля он мог противопоставить жар переполнившей его силы. Семеро архидемонов стояли за его спиной, и их надежды, страхи и мечты не могли пропасть без следа! Дождавшись очередного удара меча, Люцифер вместо отступления бросился вперëд, нырнул под лезвие и успел оставить на запястье Михаэля длинную серую линию.
— Ну, всë, ты напросился! — прорычал архангел, глядя на эту незначительную, но весьма досадную рану, — если единственным способом остановить голубокровую чуму будет убийство собрата, значит, ради блага всего нашего народа я пойду и на это!
Прокатившаяся по полю волна энергии вывела из оцепенения всех собравшихся, и щит, сдерживавший сражавшихся, задрожав, растаял. Прижав меч к груди, Михаэль менялся и стремительно рос. Кассиэль, схватив Аврору и стоявшего поодаль Роджера, рывком отшвырнул их подальше. Остальные и сами поняли, что сейчас произойдёт.
— Помнишь, я говорил тебе, что в мире нет ничего страшнее истинного облика архангела? — спросил у парня седоволосый, медленно отступая, — так вот, сегодня мы, похоже, увидим сразу двоих…
Огромная фигура возвышалась над крышами домов. Тело Михаэля лишь отдалëнно напоминало человеческое. На плечах, груди и спине костяные пластины образовывали подобие доспехов, голова архангела была похожа на странную смесь оголëнного черепа и древнеримского шлема, из трещин в котором смотрели десятки золотых глаз. Туловище переходило в массивную колонну, напоминавшую трон. Трон, стоявший на десятках толстых слепых щупалец, жадно разевавших полные тупых зубов рты. Огромный меч не меньше полусотни метров завершал жуткую картину. Впрочем, Люцифер своему противнику не уступал. Его тело напоминало вставшую на задние лапы рептилию с изогнутыми кожистыми крыльями, свисавшими за спиной наподобие плаща. Морда с массивными рогами, почти смыкавшимися на затылке, принюхивалась и скалилась двумя рядами клыков. По спине шëл гребень из кривых металлических шипов различной формы. Однако это было не всë. Вздрогнув, будто от холода или отвращения, Люцифер приподнял крылья, и из-под них показались ещё две лапы. Блеснувшие в лучах солнца лезвия четырëх огромных ятаганов засвистели, рассекая воздух, пока архангел привыкал к новому обличью.
— Чëрт побери, — только и смог проговорить Роджер: от вида двух шестидесятиметровых титанов захватывало дух.
— А теперь, — обеспокоенно отозвался Кассиэль, — нам стоит отойти ещё дальше. Кажется, людей здесь больше не осталось… Оно и к лучшему, потому что дальнейшее зрелище будет не для слабонервных.
И он потянул за собой Аврору и Роджера, уводя их с предполагаемого поля боя. Ученица архангела сопротивлялась, всеми силами рвалась обратно к Михаэлю, но сейчас в ней говорило чувство долга: инстинкты отказывались верить, что колоссальный монстр на площади правда был тем, кого она любила… Роджер понимал, что сейчас начнëтся сражение, в котором их могут без раздумий затоптать, а потому и сам был не прочь отойти на безопасное расстояние.
Подняв тяжëлый меч и снова заставив его лезвие вспыхнуть, Михаэль замахнулся для первого удара. Его движения при кажущейся громоздкости были весьма быстры, и Люцифер едва успел защититься всеми четырьмя ятаганами. Издав воинственный рëв, он тоже бросился в атаку, стараясь нанести удар сразу с двух сторон. Однако застывший на месте Михаэль парировал каждый выпад, блокируя мечом или перехватывая лезвия щупальцами. Выждав, когда его противник подойдëт достаточно близко, он внезапно ударил его огромным кулаком прямо в висок чуть пониже рога. Люцифер пошатнулся, но устоял, и в его горящих глазах вспыхнула звериная ярость. Один из ятаганов исчез, и когтистая лапа полоснула Михаэля по животу. Стоило ему замешкаться, как два изогнутых лезвия сверкнули с разных сторон, грозя перерубить архангелу шею… Силы щупалец бы не хватило, и властелин Шпиля решился на отчаянный шаг: выпустив из рук меч, он схватил ятаганы руками. Люцифер хищно оскалился, но особенно внимательный наблюдатель мог бы разглядеть в этом улыбку. Ещё два клинка вошли Михаэлю прямо в грудь.
— Не-е-е-ет! — послышался наполненный отчаянием вопль Авроры, разумеется, слишком слабый, чтобы достигнуть ушей Люцифера.
