Холодные звезды полностью

Протурбиец надавил на мой подбородок, вынудил открыть рот. Поднес огонь так близко, что чуть не опалил лицо. Заглянул в горло. Прищурился. Миг – и ткнул туда пальцем. Я поперхнулась и выпучила глаза, когда заскорузлая кожа скользнула по слизистой оболочке. С отвращением сплюнула кисловатый привкус, стараясь не думать, что теперь могу умереть не от простуды или пузырчатой болезни, а от банальной дизентерии. И вообще, это было мерзко.

Старик поднес палец к носу, внимательно рассмотрел «мазок», понюхал. Вытер руку об одежду, пощупал мой лоб, изучил кожу на щеках и шее, оттянул воротник куртки, заглянул за пазуху. Зачем-то проделал те же манипуляции с Каем, который покорно вытерпел все. Лицо старика прояснилось. Похоже, осмотр его удовлетворил. Отвернувшись и бормоча что-то под нос, протурбиец пошаркал к очагу, бросил головешку обратно, поставил кастрюльку на огонь. Рядом повесил на крюк закопченный котелок. К нам он, казалось, совершенно потерял интерес.

Я посмотрела на Кая.

– И что дальше?

– Он убедился, что ты не больна. Мы остаемся.

Кай приблизился к столу, положил руку на автомат. Старик обернулся через плечо, смерил его взглядом и снова вернулся к своим кастрюлькам. Я только головой покачала. Похоже, протурбиец точно свихнулся. Только что считал нас опасными гостями и вдруг доверчиво позволил хозяйничать в доме.

Правда, Кай старался не злоупотреблять гостеприимством. Он переложил оружие обратно в кучу хлама на верстаке, подозвал меня жестом. Я немного осмелела, подошла, но старалась держать протурбийца в поле зрения.

– Здесь есть карты, – тронул Кай за плечо.

Я посмотрела туда, куда он показал. Да, прямоугольник голографической карты, в данный момент выключенной, валялся рядом с засаленной тряпкой и пустым стеклянным графином.

– И не только, – продолжил Кай, – тут, если порыться, можно найти много полезного, что стоит взять в дорогу.

– Думаешь, мы можем попросить эти вещи? – Я покосилась на старика.

– Или просто взять, – сжал Кай губы в суровую линию, – когда отдохнем и наберемся сил.

– Нет, – вздохнула я, – так нечестно. Если он не станет нас обижать, то и мы его не должны.

– Посмотри на него, Белоснежка. Завтра он забудет, что мы вообще тут были.

– И все равно, – я ответила ему упрямым взглядом, – если он доверяет нам оружие, мы не можем воспользоваться его слабостью. Мы попросим по-хорошему. Если не отдаст – значит, брать не будем.

На скулах Кая заиграли желваки. Наверняка он мысленно снова обзывал меня дурочкой и вот-вот готов был высказать это вслух. Наш спор прервал протурбиец, который грохнул на стол две плошки с дымящейся едой. Грубовато ткнув меня в плечо, он протянул кружку, на дне которой плескалось что-то темное, прокаркал несколько слов.

– Что он хочет? – снова испугалась я.

– Это отвар из листьев, которые помогают при ангине, – сообщил Кай.

Я с недоверием приняла напиток.

– И… мне стоит это выпить? – понюхала и поморщилась. – Ты уверен, что это можно пить?

– Если отвар действительно тот, о котором я думаю, то он тебе просто необходим, Белоснежка, – с сомнением ответил Кай. – Но если старик что-то перепутал…

Решительным жестом он показал, что мы отказываемся от напитка. Косматые брови протурбийца нахмурились. Старик принялся что-то доказывать и возмущаться. Кай бросал резкие короткие ответы. Протурбиец стукнул по столу кулаком, отчего тарелки подпрыгнули и кусочки еды выпали на столешницу. Кай кивнул в сторону автомата, и я поняла: он намекает, что стоит ближе и может легко дотянуться до оружия.

В который раз уже мне приходилось совершать опрометчивый поступок, чтобы закончить чужой спор? Я схватила кружку и проглотила отвар, скривившись, когда горячая жидкость обожгла больное горло. Кай умолк на полуслове и уставился на меня круглыми глазами. Протурбиец довольно захихикал, потирая желтые ладони.

– Что? – проворчала я и подвинула к себе тарелку. – Давай уже поедим, пока дают.

Присела на один из колченогих табуретов, стоявших вокруг стола. К еде прилагалась двузубая вилка. Поначалу я никак не могла приловчиться, чтобы подцеплять ей кусочки пищи, но потом все-таки справилась и закинула теплый слипшийся комок в рот. Особого вкуса или аромата не ощутила, хотя в целом угощение было вполне съедобным. А главное, его было много – наедайся до отвала.

С неодобрительным видом Кай снял куртку и отцепил от пояса связку кольев, сложил вещи в сторонке, устроился рядом и взялся за свою миску.

– Сейчас бы соуса. – Я мечтательно прикрыла глаза.

– Протурбийцы ничего не едят с соусом, – буркнул он, все еще сердитый на меня, – и вообще они не стараются искусственно улучшить пищу. Вместо этого добавляют к гарниру либо мясо, либо зелень. Только ее здесь, видимо, нет. Придется есть так.

– Ладно, и без соуса сойдет, – пробубнила я с полным ртом. – Все лучше, чем крыса.