— Ты должна быть готова, ‑ сказала Даджа. ‑ Раскрой свои чувства, в том числе магию. Действуй только тогда, когда необходимо. Если начнёшь думать, что у тебя чешется нога, или что тебе надо помыть волосы, если захочешь позавтракать — я тебя ударю.
— Ты сделаешь мне больно? ‑ в ужасе спросила Джори.
Даджа вздохнула:
— Ну что за глупый вопрос. Нет, но я тебя всё же стукну. Ты должна знать, когда что-то делаешь неправильно.
— А что если ты меня ударишь в спину? ‑ поинтересовалась Джори. ‑ Тогда я тебя не смогу остановить!
— Верь, что я этого не сделаю, пока ты не натренируешься достаточно для того, чтобы это предугадать. А теперь займи позицию. ‑ Даджа шагала перед Джори, как это делал старый Скайфайр перед своими учениками. ‑ Перестань следовать за мной взглядом. Смотри прямо перед собой. Жди. Слушай. Расслабься. Твои ладони неправильно расположены. Перестань моргать; я ещё тебя не ударила. Дёрганье глазами не защитит твоё лицо.
Джори мгновенно поставила верхний блок, ожидая удар, исходя из замечания Даджи насчёт её лица. Даджа ткнула Джори в рёбра.
— Не слушай, что я говорю, ‑ снова сказала она своей ученице, снова шагая перед ней. ‑ Забудь о холоде, завтраке или… ‑ Даджа сместилась в сторону. Джори повернула к ней голову; она поставила нижний блок, и Даджа стукнула её по голове. ‑ Не пытайся меня перехитрить, ‑ приказала Даджа. ‑ Возможно, однажды ты сумеешь, но не сегодня. Я нахожусь в моём центре, в моей пустоте, и я иду туда, куда хочу. ‑ Ещё один верхний удар. Блок Джори соскользнул с посоха Даджи: она опоздала на миг. Даджа легонько стукнула её по голове.
В течение часа Даджа прохаживалась посохом по телу Джори вверх и вниз, говоря и молча, но всё время двигаясь. Поначалу казалось, что она переоценила Джори, поскольку девочка сначала разозлилась, потом надулась, потом заупрямилась. Каждый раз, когда она выходила из себя, Даджа видела, как магия Джори со вспышкой выскакивала из неё. Один раз, разозлившись, она нанесла Дадже удар в голову. Даджа обезоружила Джори, отправив её посох в полёт к барьеру. Посох отскочил от него, и чуть не влетел обратно в девочку.
Даджа потыкала посох своим собственным.
— Поднимай, ‑ приказала она.
— Ты не человек, ‑ проворчала Джори, подчиняясь.
— Опять глупости. Давай, продолжаем, ‑ подогнала её Даджа. Они начали снова.
Когда пробили часы, Даджа, находясь в правом углу зрения девочки, нанесла резкий удар Джори по рёбрам. Сила Джори закружилась и впиталась в её кожу, когда она полностью заблокировала удар Даджи.
У Джори отвисла челюсть. Она посмотрела на посох, потом на Даджу.
— Я это сделала! ‑ ахнула она. ‑ Я сделала это! Я… почувствовала, что я была как будто всем.
— Хорошо, ‑ сказала Даджа, стирая часть круга сапогом и забирая свою силу. ‑ Но мы не узнаем, правда ли у тебя что-то получилось, пока ты не сможешь делать это каждый раз, а не только однажды.
— Ох, Даджа, ‑ застонала Джори, ‑ ты говоришь как мои родители. ‑ Она побежала прочь из классной комнаты.
— Ну, а оскорблять-то меня зачем? ‑ пробормотала немного уязвлённая Даджа.
После плотного завтрака она вернулась наверх, чтобы заняться физической частью подгонки живого металла к перчаткам, чтобы убедиться, что он надёжно крепится как к железным прутьям, так и к другим деталям. После этого оставалась только одна задача, но ей придётся подождать. Простые действия, вроде защитных кругов для близняшек, были довольно просты, а крепить живой металл к формам она могла вообще без магии. Для чего-то побольше её магия была всё ещё слишком слабой и вялой, какими могли бы быть её руки, если бы она поднимала что-то слишком тяжёлое для себя.
Она взяла свой посох Торговца, и спустилась вниз на обед, когда позвонил колокол, но после трапезы в комнату не вернулась. У неё ещё остались дела, в которых не требовалась магия, но ей хотелось кататься на коньках. Держа посох в руках, Даджа направилась в сени. Когда она проходила мимо слуг, те кланялись и уступали ей дорогу — они и за завтраком так же делали. Очевидно, они услышали рассказы о Доме Джосарик.
«Они свыкнутся», ‑ подумала Даджа, пока надевала тулуп и шарфы, брала посох и вешала коньки себе на плечо. «Несколько тихих недель — и они снова будут обращаться со мной как с человеком». Если бы только она могла надеяться на то, что несколько недель пройдут без происшествий!
Выйдя наружу, она надела коньки. Собравшись с духом, она выехала из водоёма под мост, и оказалась на Канале Проспэкт, балансируя с помощью удерживаемого в руках посоха. Канал был не менее оживлённым, чем любая улица — по нему ехали люди и большие, тяжёлые сани с грузами, которые тянули кони со специальными ледоходными подковами. Пассажирские сани держались дорог по земле, поскольку их владельцы не хотели тратиться на ледовые подковы, а неподкованными конями рисковать не хотели.
