Другая её часть не была согласна. Что если он сбежит и устроит ещё пожары? Погибнет ещё больше людей. И почему она решила, что он безумен? Безумцы не сжигают всё то, через что их могут выследить маги. Безумцы ходили под себя и говорили с воздухом. Они утверждали, что являются богами, и качались в углах. Они не приходили и уходили незаметно. Они не смотрели на содеянное.
Эта мысль была новой, и она Дадже не понравилась. Он действительно наблюдал? Как он мог?
Но если бы она сама так тщательно работала над проектом, разве не хотела бы она увидеть всё до конца?
Это было злом. Это было наихудшей формой зла. Такое зло проявится у него на лице. Маги его найдут. Ему не удастся избежать поимки. Тогда-то он и получит традиционное наказание для поджигателей: сожжение. Его зло будет очищено. Сейчас маги магистрата уже, наверное, говорили с людьми, которые видели кого-то столь лишённого добродетели, что он их напугал.
Успокоившись от этой мысли, Даджа пошла обратно к Каналу Майт. Она надеялась, что увидит этого поджигателя до того, как его сожгут — чтобы знать на будущее, как выглядит ничем не замутнённое зло.
Добравшись до канала, она поехала быстрее, чем раньше, держа посох на сгибе локтя, желая оставить плохие мысли позади. Она поехала ближе к центру канала: более медленные конькобежцы по краям нервно поглядывали на неё, когда она обгоняла их. Она чуть не опрокинулась, когда заворачивала вдоль края Кадасепа в Канал Проспэкт, но, быстро оттолкнувшись от льда посохом, ей удалось не врезаться в других поворачивавших. Когда Дом Банканор приблизился по её правую руку, она увидела, что к ней катится кто-то знакомый. Даджа не могла видеть её лицо с такого расстояния, но она знала яркую шапку и шарфы Ниа не хуже, чем свои собственные. Даджа поднесла два пальца к губам, и пронзительно свистнула, как её учил Браяр, затем проскользнула мимо Дома Банканор, чтобы встретиться со махавшей ей ученицей. Другие конькобежцы морщились или отпускали грубые комментарии, на которые Даджа не обращала внимания.
Ниа хихикала, когда Даджа подъехала к ней:
— Вижу, что ты себя чувствуешь лучше, ‑ заметила она, когда Даджа развернулась, и поехала с ней. ‑ Только, пожалуйста, не позволяй Джори услышать, как ты это делаешь, иначе она захочет тоже научиться.
Даджа пожала плечами:
— Ну, я же не совсем пустоголовая. ‑ Она поморщилась: после долгой пробежки на коньках и подъёма к Дому Джосарик у неё болели ноги.
— У тебя так хорошо получается! ‑ воскликнула Ниа, когда они скользнули в лодочный водоём.
— У меня была хорошая наставница, ‑ сказала Даджа. ‑ Кстати, об этом, как продвигается твоя учёба? Я видела, как ты прошлым вечером читала книгу про магию дерева.
Ниа широко улыбнулась Дадже:
— Разве она не чудесная? Мне её дал Арнэн. Он задаёт мне страницы, которые нужно запомнить дома, и я первым делом поутру рассказываю ему их по памяти. Так я учусь работать руками в мастерской днём, а по книжкам учусь дома.
— Значит, он тебе нравится, ‑ довольно заметила Даджа. Похоже, что её разговор с Арнэном на приёме Общества Магов принёс плоды.
— Он очень умный, когда его разговоришь. Когда мы вдвоём наедине, он болтает как Джори, но если кто-то присоединяется, то он почти не говорит. ‑ Ниа покачала головой, улыбаясь: ‑ Сначала я подумала, что он — сноб, ‑ признала она. ‑ Но он просто робкий. Я многому у него научилась.
Они помедитировали, переоделись, и встретились с семьёй за ужином. После этого Даджа присоединилась к ним в книжной комнате, приняв вызов Коула на партию в шахматы. Пока они играли, близняшки лежали на животах, Джори — перед камином, Ниа — за ней. Они шевелили губами, запоминая информацию из маленьких магических книг в кожаных переплётах. Матази работала над точечной вышивкой. Один из псов семьи лежал между близняшками, а самый большой из живших в доме котов растянулся у Даджи поперёк ног.
Тишина разлетелась вдребезги, когда в комнату влетел Фростпайн, принеся с собой порыв холодного ветра с улицы. Он сразу же направился к одному из больших кресел у камина, и упал в него. Джори вскочила на ноги, и покинула комнату.
Фростпайн бросил взгляд в огонь: поленья, до того мирно потрескивавшие, взревели ярким пламенем. Даджа добавила в огонь ещё три куска дерева. Отряхивая руки, она посмотрела на своего наставника и подняла брови.
— Готово, ‑ ответил он на её безмолвный вопрос. ‑ Арестовали, вся банда наслаждается гостеприимством губернатора. В камерах тоже нет обогрева. Хотя я сомневаюсь, что они пробудут там достаточно долго, чтобы по-настоящему настрадаться. Губернатор хочет с этим покончить.
— Теперь, когда с этим разобрались, ты расскажешь нам, что именно тебя занимало целыми сутками? ‑ спросила Матази, выбирая отрез алого шёлка для вышивки. ‑ Или это всё ещё тайна?
— Шах и мат, ‑ сказал Дадже Коул. Она широко улыбнулась, и покачала головой. Мастерством шахмат она овладеет ещё нескоро.
— Позже расскажу, ‑ сказал Фростпайн, кивнув на близняшек. ‑ Пока что можете просто ликовать тому, что я снова с вами.
Даджа закатила глаза:
