Если Ира и носила лифчики (а такое случалось нечасто), то предпочитала спортивные или бесшовные, без косточек. Что же касалось второй половины комплекта (сочетающиеся между собой верх и низ она носила еще реже, чем лифчики)… нет, ей бы точно не было стыдно, если бы ее вдруг сбила машина и пришлось бы ложиться на экстренную операцию, но и красивые фото парню в таких трусах, именно что «трусах», а не «трусиках», не отправишь.
Так что находиться в этом магазине ей было ничуть не интереснее и комфортнее, чем Максу. Единственная причина, почему она пришла сюда – ей, как и Насте, казалось затащить умирающего от неловкости Черного в царство лифчиков, боди, пеньюаров и других секретов Виктории, верхом юмора.
Ира неспешно обошла второй этаж и, так и не зацепившись ни за что взглядом, спустилась на первый. Окинула взглядом очередной зал и поняла, что не знает, куда делись ее друзья. Магазин достаточно большой, затеряться в нем не составит труда. Вместо того чтобы их искать, Ира направилась в отдел «Pink» – единственное место, где можно найти что-то, что хотя бы отдаленно напоминает о комфорте, но и там не нашла ничего, что могло бы ей понравиться. Хуже, чем ходить по таким магазинам, только выбирать джинсы, когда одни хорошо садятся в бедрах, но болтаются на талии, а в другие попа не влезает.
Вишневская уже собиралась уйти из магазина, но заметила около касс стойки с духами – наконец-то хоть что-то интересное. Перенюхав все и выбрав самый свежий аромат с легкими нотками цитруса, Ира направилась на кассу, попутно печатая подруге сообщение.
Ира: Сбежала из царства трусов. Жду вас с Черным на улице.
– И что это было? – спросил Макс, глядя вслед убегающей на второй этаж Ирише. Предательница затащила его в злачное место и тут же бросила на произвол судьбы.
– Не знаю, – пожала плечами Настя. – Но ты не переживай, нам и без Иры будет тут весело. Ты любишь красный цвет?
– Ты думаешь, у меня есть шансы его не любить? – Макс притянул свою девушку за талию и чмокнул в макушку.
– Значит, ищем самый красный комплект из всех возможных, – хихикнула Настя, понимая, что начинает тикать.
К превеликому счастью Максима, парочка таких комплектов нашлась уже в первом зале. Для Черного они выглядели абсолютно одинаково, но Настя утверждала, что все дело в деталях, качестве и узоре кружева, и он просто ничего не понимает.
– И вообще, неужели ты не видишь, что они разных оттенков?
– В таком отвратительном освещении это простительно. – Макс взглянул на ее тонкие с острыми красными ногтями пальцы, держащие вешалку, и подумал, как же ему будет сложно, когда та пойдет переделывать маникюр и пришлет фотографии минимум десяти одинаковых красных лаков с просьбой выбрать тот самый (и не важно, что с этим непростым решением может помочь и Ира). И конечно же, он ошибется, выберет не тот и снова ничего не будет понимать. От одной этой мысли стало дурно.
– Значит, мы идем туда, где оно хорошее.
– На улицу? Предлагаешь сбежать, не заплатив?
– Нет, в примерочную.
Вместо ответа Максим тяжело вздохнул, на что Настя лишь хихикнула и начала перебирать вешалки, ища нужный размер лифчика.
Макс наивно полагал, что Настя тянет его к примерочным, просто чтобы показать цвет при нормальном освещении, сказать «ну я же говорила, они разные!» – и все, но ошибся.
Настя, затащила Максима вслед за собой в примерочную и задернула шторку. Повесила вешалки на крючок и начала стягивать с себя футболку. В ее отраженных в зеркале глазах читалось: «Попался!»
Все произошло настолько быстро, что Макс даже не успел ничего возразить, хотя смотреть, как Настя раздевается, ему несомненно нравилось.
– Поможешь?
– Конечно… – Макс ловко справился с застежкой лифчика. За дни, что оставался в комнате у своей девушки, он смог отточить этот навык.
Все так же смотря на своего парня через зеркало, Настя откинула уже ненужный элемент одежды к своей футболке на маленький розовый бархатный пуфик в углу примерочной. Максим молча наблюдал за ее действиями, делая вид, что не понимает, чего же она добивается. Насте хотелось жить в моменте, чудить и не думать о последствиях. Она быстро полюбила экстрим и чувство нахождения на грани дозволенного. Максу же приходилось постоянно думать о том, о чем не хотела Настя. Вряд ли их совместное нахождение здесь было чем-то допустимым. Но, может, самое время перенять образ мышления Насти? В конце концов, пока молоды, нужно чудить и отрываться по полной.
Замкнутое пространство примерочной быстро наполнилось смесью желания и неловкости, отчего у обоих перехватывало дыхание.
– Я не понимаю, как ты не можешь увидеть разницу, – Настя сняла с вешалки лифчик, который, по ее мнению, был на тон светлее и ярче, и надела его, – застегнешь?
– Нет, Огонечек. – Макс наклонился к ее шее и оставил влажный поцелуй, одновременно проводя рукой от ее талии к груди. Для него сейчас Настя в ярком свете ламп примерочной выглядела красивее и привлекательнее любой модели или «ангела» «Виктории Сикрет» в свете софитов на подиуме.
