Ира подавила подступивший к горлу истерический смешок. Она почувствовала, что снова оказалась в ловушке. После такого признания разговора о произошедшем не избежать. Правду рассказать Ира не могла, ради блага и спокойствия подруги. Замалчивать тоже уже не выйдет. Уходить от разговора в прямом и переносном смысле уже тоже нет возможности. Оставался последний вариант – пустить Настю по ложному следу, хитро добавляя к мозаике разрозненных правдивых сведений выдуманные кусочки.
Молчание показалось слишком долгим, так что Настя не выдержала и выпалила:
– Только не говори, что вы переспали, а он тебя потом кинул…
– Что? Нет, конечно. Ты ж меня знаешь. – Ира убрала руку от лица и посмотрела подруге в глаза. В конце концов, это правда. Вероятно, он так и собирался поступить, но вышло все несколько иначе.
– Фух, – выдохнула Настя. – А что тогда?
– Помнишь, до того как Саша начал меня избегать, он постоянно лез ко мне при людях?
– Ну да, припоминаю.
– Мне это очень не нравилось. Конечно, тут запрещены только интимные отношения, но кто знает, как отреагирует персонал на подобные обжимания и лобызания. В отличие от тебя, мне не хочется проблем.
– Ой-ой-ой-ой… да никому до нас тут нет дела.
– Ну да, конечно, – хмыкнула Ира, – если б мне платили каждый раз, когда я это слышу… но да ладно. После дискотеки мы пошли к нему. Просто посидеть, поболтать. Ну, чуточку целовались в перерывах между разговорами. – Ира изобразила смущение и улыбнулась. – Я рассказала о своих переживаниях и предложила для отвода глаз продолжить встречаться тайно.
– А из беседы он вышел, чтобы…
– Да, – перебила Ира подругу, – чтобы даже вы с Максом поверили, что мы все. Вижу, у нас все вышло.
– Что ж… Ты очень убедительно создаешь вид убитой горем, которая делает вид, что все окей. Точно не хочешь со мной в театральный?
– Не, спасибо, кому-то надо людей лечить, а то после твоих рассказов мне теперь кажется, что половина моего класса не доживет до выпуска. Еще моя потеря станет для нашего здравоохранения ударом, от которого невозможно оправиться.
– Ладно, ладно. И получается, когда ты не приходила в столовую и на активитис, вы были вместе? – Пазл в голове Насти сошелся, даже несмотря на то что это были фрагменты из двух разных, но одинаково нарезанных лазером картинок.
– Ну да. – Ира выдохнула, самый опасный момент, в котором можно было найти кучу несостыковок, остался позади.
– То есть сейчас все хорошо?
– Не совсем. Мы и правда прекратили общение. Человечек все же попытался осуществить план, о котором ты подумала, но не на ту напал и сразу оказался послан далеко и надолго. Теперь мы не делаем вид, а действительно избегаем друг друга.
– И когда это произошло?
– Вчера ночью. Но да ладно, скоро уедем, все равно эти отношения не продлились бы долго.
– Ну и правильно. Еще раз прости.
– Ага, давно уже. Как бы сказала моя мама, это опыт. Неприятный, но все же опыт. – Она оставила при себе мысль, что отчим непременно не согласился бы с этим высказыванием и заявил, что они вырастили дочь шлюхой, раз она завела какую-то интрижку непонятно где и черт знает с кем.
Настя достала телефон и набрала Максиму пару сообщений.
Настя: Я все узнала))
Настя: Все хорошо!
Настя: Вечером расскажу.
– Что, Черный фотки из музея шлет?
– Ага, – соврала Настя.
– Ну ладно. – Ира улыбнулась. Краем глаза она видела сообщения, и что никаких фотографий среди них не было. Маневр удался. Настя позволила увести себя по ложному следу и прихватила вместе с собой Макса.
Настя вышла из душа, суша мокрые волосы полотенцем. На нем расползались бледные красно-розовые пятна. Как она выяснила опытным путем, по исчезновению ставших розовыми полотенец и появлению новых белых, уборщицы в лагере были чем-то вроде Кентервильских привидений, которых пока что никому не довелось увидеть.
– Какая же дерьмовая краска для волос, – вздохнула Настя, кидая полотенце на стул. – И ведь не самую дешевую брала. – Она взяла со спинки стула футболку, служивую ей на этой неделе пижамной, и надела ее.
– Я тоже из-за нее страдаю, причем еще сильнее, чем ты, Огонечек. Покраситься – твой осознанный выбор. Меня же заставила одна чертовка. – Макс чуть отодвинулся от стены, чтобы у Насти было побольше места на кровати. Возможно, утром он проснется на полу. Опять.
Настя легла рядом, нырнула Максу под руку и устроила голову у него на груди. Судя по выражению лица и вздоху, тот был недоволен, что она не стала нормально сушить волосы.
– Это тебе за чертовку, – хихикнула Никольская. – И не могу я сейчас достать фен, стены картонные, мы всех перебудим.
За весь день у Насти не выдалось возможности обсудить с Максом свой дневной разговор с Ирой, но сейчас она наконец-то смогла поделиться всем и ждала обратной связи.
– И ты в это веришь?
– Да. – Уж чего, а такого ответа она точно не ожидала.
– Звучит как редкостная бредятина, – нахмурился Макс.
– Ну, не знаю, мы же тоже скрываемся в некоторой степени. Как по мне, все логично.
