Я поцеловал Мурика, а Антошка тем временем стал ласкать его, наши руки сталкивались, мьяли урчал от удовольствия, потом его губы скользнули вниз и сомкнулись на моём члене. Мы завернулись в какой-то совсем уж невероятный клубок, благо, и мьяли, и Чоуроджи существа достаточно гибкие, я гладил Мурика по волосам, одновременно целуясь с Антошкой, а тот одной рукой обнимал меня, а другой умудрялся ласкать и растягивать Мурика. Кошаку такое было только в радость, поэтому он ещё и урчать умудрялся… а когда Антошка вошёл в него, то горячий язычок мьяли начал вытворять что-то совсем уж невероятное… Короче, долго я в первый раз не продержался… Зато во второй… Впрочем, толком я не помню, сколько и как, помню, что было невероятно хорошо и нежно, и я терялся в этом остром удовольствии.
И совсем неудивительно, что проснулись мы ближе к полудню, а рыбы Тао уже нетерпеливо курсировали у берега туда-сюда.
- Ну, что, - поинтересовался я, когда мы встали и позавтракали, - поплыли?
- Поплыли, - согласился Мурик, активируя артефакт, позволяющий дышать под водой.
- Поплыли, Холодочек, - кивнул Антошка и улыбнулся нам.
Затем Антошка вскочил на свою рыбу Тао, а Мурик сел позади меня на мою. Мы послали рыбам мысленный приказ нести нас в пещеры Лали-Бэлы, и те моментально рванули с места, вспенивая волны со скоростью хорошего катера.
Мурик пискнул и обхватил меня посильнее, но потом расслабился, глядя на прекрасное, солнечное Море. А я думал о том, что теперь я действительно счастлив, хотя, оказавшись после аварии на больничной койке, и подумать не мог о том, что у меня будет целый мир… много миров… и что со мной будут те, кто любит меня. И я теперь твёрдо знаю, что сделал правильный выбор.
КОНЕЦ
