Джошуа Доусон – бывший парень моей лучшей подруги. Уже это является основанием держаться от него подальше. К тому же, он хорошо воспитанный, верный, трудолюбивый художник. В общем, мне следует бежать от него во всю прыть. Он чертовски близок к совершенству. А я, предпочитаю мужчин, которых трудно любить и от которых легко уходить. Единственный недостаток Джошуа – он хочет отношений «раз и навсегда», и впервые в жизни, мне хочется того же самого. Но любить кого-то, не значит его заслужить. Он – все, чего я хочу. Он – все, чего я не могу иметь.
Я иду по тротуару на проспекте Содружества, и на тихих улицах города поздний час. Неожиданно холодный воздух пробирается под мою легкую рубашку, и я дергаюсь. Такое ощущение, что на мне ничего нет.
Я начал учиться в Бостонском университете две недели назад, и сейчас, впервые в жизни страдаю от бессонницы, поэтому ночные прогулки стали частью моей рутины. Вдали от дома,я превратился в постоянно чем-то обеспокоенного человека, и ночи –самое худшее время. Мой мозг отказывается прекратить поток бесконечных мыслей: «А, что, если…», как бы я ни старался.
Я всего в часе езды от дома, в котором вырос, но за шестьдесят минут может случиться много плохого. Особенно, когда моя семидесятипятилетняя бабушка растит моего озорного четырнадцатилетнего брата. Мой разум терзают видения: объятый огнем дом, они оба внутри в ловушке, бабушка без сознания на полу. Как только меня посещают эти видения, их почти невозможно остановить. Поэтому я гуляю по улицам города, пока мои глаза жадно поглощают каждую деталь, которую ночь может предоставить моей душе художника.
Двигаясь в ускоренном темпе, руки в карманах, я иду обратно в общежитие первокурсников. Когда я сворачиваю за угол, находясь на окончательном этапе прогулки, до ушей доносится краткий пронзительный женский крик. Ноги останавливаются, а глаза осматривают всё вокруг, чтобы понять, откуда именно кричали. Сосредоточившись, я пытаюсь услышать звуки борьбы. Когда я почти убедился, что мне показалось, тишину пронзает еще один крик. На это раз громче и наполненный паникой.
Я бегу вперед, кроссовки стучат по тротуару. Адреналин бежит в крови. Я понятия не имею, во что именно ввязываюсь, но не могу проигнорировать крик о помощи.
Я почти добегаю до места, когда замечаю, что крупный мужчина ударяет молодую женщину лицом о стену здания.
– Я же сказал, мы не закончили, – кричит он, ударяя лицо девушки о кирпичную кладку.
Не знаю, почему он не расслышал моих шагов. Я быстро врезаю локтем ему по виску, и сила удара сметает его с ног. Он падает на спину с тошнотворным стуком, за которым следует треск его черепа, ударяющегося о тротуар. Он стонет и хватается руками за затылок, в то время как я осматриваюсь в поисках оружия, которое он, возможно, уронил. Ничего не обнаружив, я переключаюсь на его жертву.
– Ты в порядке? – спрашиваю я очень мягким тоном, и медленно приближаюсь. Выставив вперед открытые ладони, я приближаюсь, позволяя ей видеть, что я – не угроза, но её глаза закрыты. Её щека прижата к красному кирпичу, пока она всхлипывает снова и снова. Не думаю, что она понимает, что опасность устранена и я стою рядом.
– Всё в порядке. Он больше не причинит тебе боль, – успокаивающе говорю я. – Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, – мои глаза скользят по её лицу, внимательно рассматривая её высокие скулы и полные губы.
Внезапно её глаза широко раскрываются, и она смотрит прямо на меня. Глаза блестят из-за перенесенного ужаса и слез, из-за чего мой живот пронзает страстное желание. В ней есть что-то хрупкое, и мне хочется её защитить и утешить.
Свет уличных фонарей и светящаяся вывеска на здании, освещают женственные черты лица мягким золотым свечением, позволяя мне увидеть, что она абсолютно ошеломительная.
– Ты в порядке? – спрашиваю я, подходя ближе, и замечаю кровь, текущую по правой стороне её лба и щеке.
Всхлипывая, она словно не видит меня,отстраняется, и осторожно осматривается. Я поворачиваюсь, чтобы проверить того, кто на нее напал, и понимаю, что его здесь больше нет. Блядь. Я должен был следить за ним и звонить в полицию, вместо того, что бы проверять насколько она пострадала. Я внимательно осматриваюсь вокруг, в поисках преступника, но не нахожу его. Если он не дурак, тодавно уже сбежал.
Я поворачиваюсь к испуганной девушке,готовясь предложить ей помощь, и обнаруживаю, что она бежит по тротуару в противоположном от меня направлении.
Качая головой, я направляюсь в общежитие. У меня было достаточно волнений этой ночью. Теперь мне требуется лишь мой блокнот и карандаш. Мои пальцы покалывает от желания её нарисовать.
Мои мысли остаются сосредоточенными на загадочной девушке.
Когда я добираюсь до своей комнаты, сон – последнее, о чем я думаю. Я представляю её изящный лоб с темными бровями, словно сделал мысленный снимок. То, что я – художник, позволяет мне видеть больше, чем видит обычный человек, и помнить мельчайшие детали, например: пару темных веснушек над её правой бровью.
