После моих слов Жека получил от Витька затрещину и выговор:
— Предупреждал ведь, следи за своими вещами и не бросай где попало.
Я уставилась в окно, Витёк явно имел ввиду презервативы. Своё огорчение Жека запил соком мидий и повеселел. Мы прибыли в Штутгарт. Здание вокзала с улицы своей монументальностью напомнил Харьковский вокзал, хотя был совсем иной. На городском трамвае добрались до клуба и вошли внутрь. Теперь пришла в голову схожесть интерьера с московским кафе Метелица, где мы с братьями отплясывли. В полупустом кафе вперед отправили Жеку занять столик, а я верхнюю одежду сразу убрала в рюкзак. Витёк проводил меня до дамской комнаты, где я шустро переоделась и нанесла яркий макияж. Витёк меня дождался и неодобрительным взглядом оценил легмысленность наряда. В полутемный зал мы входили неспешно, разыскивая Жеку. Его жестикуляцию мы оценили и уселись за столик. Нам тут же принесли три коктейля в высоких бокалах и вазочку с мелкими печенюшками. Я сразу проверила этот коктейль: фруктовый сок со спиртным с кусочками фруктов и соломинкой. Это угощение от заведения, за то, что зашли.
Началась вечерняя программа: заиграла музыка и несколько полуголых девиц стали танцевать на сцене. Наши попутчики с восторгом наблюдали за девицами. Эти девушки возбудили немцев очень быстро, парни с фабрики стали покидать свои столики и энергично выплясывать перед сценой. В основном это были парни без подружек. Когда танцовщицы покинули сцену, танцы продолжились уже с девушками. Мы пока только присматривались за началом веселья. Музыка сменялась, быстрые мелодии сменялись медленными. Во время медленных, центр зала пустел и Витёк пригласил меня на танец. Места было достаточно и мы решили несколько разнообразить обычные обжимания и показать иной рисунок танца. Мелодия напоминала песню Натали, мы с Витьком кружились, размыкали руки и расходились, потом вновь соединялись и кружились кружились. В танце я следовала за движениями Витька и угадывала следующее движение, он же властно вел и следил за мной. Мелодия стала угасать и ко мне подскочил Жека, одновременно с его рывком моей руки в его объятия, ударили барабаны и начался бешенный ритм. Что мы с Жекой вытворяли дальше, описать трудно. Ритм диктовал и мы следовали ему. Кусочек чардаша сменялся чачача. Жека в пылу танца даже пару раз меня подбросил. Моя юбка-пачка поднималась вверх и закрывала моё лицо, а немцы буквально ревели. Мы оказались внутри кольца, хлопавших в ритм Жекиных товарищей, которые подбадривали нас криками:
— Гешвистер!
За столиком я выхлебала весь коктейль, новое спиртное усилило и возродило прежние спиртные напитки и я пошла вразнос. Братья хмурились, а их товарищи были в восторге, потому что я последовательно выводила из за столика очередного партнера и танцевала с ним эпизод танца. Наши танцы прерывались обязательной программой и посетители отдыхали. Проторчали мы в клубе до одиннадцати по местному времени, я переоделась и мы вышли с братьями прогуляться по городу. Улицы были пусты и очень чистыми. Словно перед нашей прогулкой плитки пешеходной улицы вымыли щетками и вытерли. Послышался бой часов — двенадцать часов.
— Мара, что с тобой сегодня происходит? — задал вопрос Витёк.
— Сегодня я стала на год старше. Спасибо вам за праздник!
Братья замерли, а я подхватила их под руки и перевела к особняку их хозяйки. Помахала ручкой и вернулась к своей кровати, рядом с которой разбросала одежду и уже в полете заснула. Сквозь дремоту почувствовала на себе одеяло и мысленно поблагодарила Ларика, что укрыл.
Разбудил меня аромат кофе. Ларик решил за мной поухаживать. Он уселся на кровать и наблюдал, пока я займу относительно сидячее положение.
— Ларик, ты бы меньше мелодрамм смотрел с завтраком в постель. Крайне неудачный штамп для некритичной публики. Из всего действа оставить можно только аромат. Пить и есть в кровати крайне неудобно, ощущаешь себя при смерти, когда тебя пытаются насильно накормить. Кофе и вообще завтрак лучше принимать после посещения горшка и душа. За заботу спасибо, я прониклась.
— Впервые решил следовать канонам и — мне выговорили, что я дурак. Мара, ну что не так с тобой? Ведь другая бы сразу в губы поцеловала и рядом уложила.
— Я поняла Ларик, и подумаю о зерне истины в твоих словах. Мы все следуем определенным правилам и следим за их соблюдением другими. Это, кажется, мораль!
— Вставай давай, я в бассейн хочу.
Спорить не стала и побежала в ванную прямо в трусах. Ларик всё же мою одежду развесил ночью. Привычно её очистила и я уже готова. Просыпалась окончательно уже в воде. Я моталась вдоль бассейна, выгоняя остатки спиртного и продумывая необходимые дела.
Завтракали у Шина все вместе, даже Моня приехал:
— Подарок за мной
— Обещанного три года ждут, у Тоника уже ребенок появится скоро, а свадебного подарка от тебя всё нет.
Моню я уела, пусть обещания записывает.
Перед переходом в завод, передала Ашоту письмо от родни и он сразу же скрылся. Сегодня мы перешли к полководцу, я хотела прочувствовать разницу температур и улиц, у нас и в Германии.
