— Ты сбежал из семьи, которую решил завести, потому что так положено.
— Можешь считать так.
Ёпрст, а как я, на хрен, должен считать? Но я сегодня дятел, потому:
— А дальше?
— Я регулярно платил денег Лере на твое содержание, и квартиру ей отдал, — ага, поэтому она сразу нашла Игоря и близнецов родила. От великого счастья, наверно.
— Я не об этом.
Надо же, еще соображает:
— А, потом, года через три я встретил Риту. Она другая совсем была: умная, упорная, целеустремленная, но внимательная, заботливая. На скрипке играла. Из хорошей семьи с правильным воспитанием. Мать моя сказала, что сын у меня уже есть, но и без жены быть не дело. Вот я и предложил Рите брак.
Бл*, а мама-то думала, что он ее любил. Нах*, никогда об этом не скажу ей.
— И что?
— Ну, я удачно смог подгадать. Она хотела куда-нибудь сбежать. Очень уж братья ее тогда достали. Вот так мы и поженились. Она идеальная супруга: статус, влияние, престиж, дом в порядке — все организовала.
Сука, да она вокруг него носилась все время, а как только чуть больше стала работать с китайцами и Владом, так он сразу девку себе молодую завел. Скотина.
Спасибо,
— А она любви и внимания хотела, кстати. Быть важной и нужной сама по себе, а не потому, что готовить умеет, за домом смотрит, гранты получает, степень ученую имеет, с проректором близко общается и с академиками.
Как же он оживился-то. Неужто думает, что я после этих откровений его к маме подпущу? Да, и Владу сказать придется. Иначе отец начнет упрашивать, давить матери на совесть и сознательность. Нах* он нам не вперся.
— Вот, спасибо, что сказал. Сейчас мы это исправим. Все она получит, что хочет. Ты мне только говори, что надо. Я все сделаю.
Ёпрст, вот что за человек? Все он сделает! Поздно, пароход уплыл, бл*.
— А ей нужно, чтобы все для нее делалось не потому, что я сказал, что это надо, а потому, что так хочет человек, который делает. Понял? И это явно не ты. Ты, вообще, кроме себя, ни о ком не думаешь и не заботишься. На хрена ты маме нужен?
Фух, несет меня не к добру, но бесит же. Хотя мать расстроится потом все равно.
— Руслан, давай договоримся.
Ах, ты ж умник. Щас.
— Нет. Мы с тобой не договоримся, если это пойдет в ущерб маме.
— Новый брак как раз маме на пользу пойдет. Я брошу преподавание, купим дачу, будем с вами туда на выходные выезжать. Рита станет меньше работать. Все у нас наладится, — это бы воодушевление да лет пять бы назад.
— Конечно. При этом мать должна сделать вид, что никаких левых баб в твоей жизни не было, и вообще, у вас все зашибись, да?
— Ну, я же прощаю ей ее аспиранта. Мне, думаешь, приятно?
— А чего ты хотел? Мама моя — умница, добрая, честная, понимающая. Всегда поддержит. Между прочим, не только Влад маму обожает, так-то. Уж кого — кого, а поклонников у нее хватает. Но она же правильная у меня. Все молча терпела, все тебе прощала. Не знаю, чего уж ты перед Новым годом такое отколол, что она очнулась, но спасибо. А то так бы мучилась рядом с тобой.
— А сейчас одна она не мучается? — вышло у него очень ядовито.
— А кто сказал, что она одна?
Бл*-бл*-бл*, сука. Ну вот кто меня дернул?
А в трубке уже ревет бешеный лось:
— Что?! Где она, Руслан? С кем?
Я, конечно, встрял капитально, баран. И мать подставил, дурень. Не, видно, от отца мне все же всякой херни перепало в наследство, раз такой дебил.
— Где бы она ни была, ей там лучше, чем рядом с тобой все годы вашего брака. И что ты за муж, мне такие вопросы задавать? Подумай об этом. И сам поймешь: вам по отдельности будет лучше.
— Рита моя, чтобы Игорь и прочие поклонники там ни думали. А ты очень пожалеешь, что не желаешь договориться. Поверь, вдвоем нам было бы проще наладить совместную жизнь всей семьи.
Буду я уже хамлом, как он считает, и сброшу звонок.
Мне теперь есть о чем подумать. Язык мой, бл*.
Утром открывать глаза не хотелось, но спускаться по шаткой лесенке вслепую — тот еще квест, так что для собственной безопасности пришлось их разлепить хотя бы на четверть.
В итоге рассветный поход в уборную прошел успешно. А я, забравшись обратно, подкатилась под бок спавшего на животе Влада и спокойно задремала вновь.
Тихо про себя порадовалась, что спит он крепко и мои ночные ползания туда-сюда из-за выпитого во время разговора за ужином несметного количества чая никак его сон не тревожили. Просто каждый раз, когда я возвращалась, Влад через некоторое непродолжительное время начинал возиться и в итоге подтаскивал меня поближе к себе. Не открывая глаз, прижимал рукой или ногой, или обеими вместе, удовлетворенно вздыхал и сопел дальше.
