Я боязно прошла в зал и замерла на пороге, перебирая в голове памятные даты, чтобы найти причину столь внезапного сбора семьи.
Мама сидела в своем рабочем кресле и всеми силами делала непричастный вид. Треня удобно разлегся в кресле, Дан и Олег расположились на диване. Давненько мы не собирались, я уж и завидки свои забыла. Старшие братья были очень похожи на отца, и совсем не похожи на мать. Олег живот со своей “сладкой жизнью” все же отъел, но худа ему это не делало, как и шкура медвежья вместо волос, а природная стройность не сильно портила Дана. Высокие, голубоглазые и нос горбатый, не то что мы с Треней. Две мамкины картошки…
— Ну очуметь можно, — шепнул Дан, глядя на меня.
— А я говорил, — кивнул Треня.
Олег встал с дивана, подошел ко мне и положил руки на плечи:
— Все нормально?
— Ну да, а что случилось?.. — уставилась я на брата.
— Она уже и привыкнуть успела! — прикрикнул Дан. — Ты давно на смотринах была, мама? Неужели сейчас кто-то такой разряженный ходит?!
— Еще и в сирени вся, — строго сказал Олег и обернулся на мать. — Ты куда спешишь? Ей и двадцати еще нет!
— Да что такого, — спокойно отвечала наша сваха на претензии. — Красивый сарафан. Считай, семейная реликвия, бабка наша в нем замуж выходила. Мы вот с отцом когда познакомились, я в нем была. Скажи им, Василий!
Мама обернулась на мужа, который уже шебуршился по ящикам трюмо.
— Да-да, в нем и была, я аж молодость вспомнил, — тараторил он себе под нос.
— Замечательно, — сказал Дан. — Значит, мы для Милы ищем жениха “шестьдесят плюс”. Я правильно понял?
Олег принюхался. Его нос тут же потемнел и растерял все человеческие очертания. Пушистые уши оттопырились:
— Я не пойму, — тихо сказал он. — Тут не только сирень. Он в анютиных глазках вымочен что ли?
Дан хлопнул себя по лбу:
— Ей же не тридцать лет, ты на кой ее ворожишь?! А вдруг какой-нибудь придурок попадется, а? Мы что потом делать будем?
— На случай “придурков” у нее вы есть, — хмыкнула мама. — Отворожите.
Я встряла на проходе. Неужели, они тут все собрались, чтобы меня защищать? Втроем на мать напали, и даже этот балалаечник туда же!
— Да ладно вам, — сказала я. — Мама же как лучше хочет. Замуж так-то пора…
— Куда тебе там пора? — нахмурился Олег, приходя в форму. — Ты ее не слушай, Милослава, ты еще молодая, тебе оно не надо. Как сложится, так и сложится. Что я, зря работаю что ли?! Уж вытянем как-нибудь.
Мама нахмурилась:
— Я как будто стараюсь, потому что нам ее кормить нечем! Что за глупости?! Двадцать лет через год, а всего одна сваха заявилась, и та не пойми что и от кого! Вы мне тут не рассказывайте, прогрессивные нашлись. Белояре сколько лет было, а Олег? То-то я припоминаю, как ты в свои пятнадцать тут готовый свататься носился. А ты че смотришь? Сколько лет было Каролине, когда мы свадьбу играли? Месяц, как восемнадцать? А сейчас, видите ли, мода пошла на “попозжа”! Я с этим каждый день дело имею, мужик до гроба жених, а цветение, оно не вечно. И нечо тут!
Олег сел обратно на диван, установил локти на колени и сцепил руки в замок. Сейчас будет скандал.
Когда Треня обещался помочь, я и подумать не могла, что он тяжелую артиллерию привлечет. По итогу еще потребует за это забрать его очередь на генеральную уборку! Ведь Олега переубедить очень сложно, а он отчего-то решил чуть ли не жить меня к себе забрать, как бы мы тут не «наворотили делов».
И с чего они, интересно, взяли, что мне замуж рано?! Половина одноклассниц еще в школе если не свадьбу, то помолвку играли. Даже отец не вякает, а этим откуда надобность взялась? Понятно, что они переживают, но сами-то за молодух повыскакивали, а когда мама им говорила, что рано еще, истерики устраивали.
Я попыталась заступиться за мать, чья помощь вкупе с моим благоразумием вреда не наделает, но меня в итоге просто выпроводили восвояси со всеми аргументами, вручив кружку чая и бутерброд.
Наверняка больше их взбесило, что про сватовство они из блога Дедушкиного узнали, а не от нас. Но кто ж о таком трепаться будет? Ладно подружкам рассказать, а этих только дерни, начнут меня из института по очереди забирать, точно всех женихов распугают. Олег один раз в школу на открытый урок приперся, так на меня одноклассники даже глянуть потом боялись.
Точно мама сказала, прогрессивные нашлись, а сами думают, что мне даже за ручку ни с кем держаться до свадьбы нельзя. Несомненно, все гордились, что я учусь в одном из самых престижных вузов, и очень хотели чтоб я его закончила, но свадьба-то чем помешает? Пока познакомишься, присмотришься, потом сватки, смотрины, а еще надо чтоб не сессия, уже придет черед диплом защищать.
Я раскрыла шкаф. Ну вот! Одежду она мне вернула, а значит все не так и плохо. Единственное, за что хотелось по голове настучать, это анютины глазки. Я как чувствовала, что на меня давит какая-то окололюбовная дребедень, но сарафан повис на вешалке, а желтые глаза и седая голова по-прежнему казались мне очень красивым сочетанием. Как луна на фоне пушистых облаков. Или отражение солнца в лужах.
Вроде ничего красивого, а все равно как-то радостно.
