По площади прокатилась волна аплодисментов. Двери академии распахнулись и первым я увидела главного тренера в сопровождении помощников. Отец Тихомира легко улыбнулся провожающим, кивнул и сразу пошел к одному из автобусов. Даже знай я об их родстве, сходство до сих пор не бросалось в глаза. Может он ему не родной?..
Следом начали выходить игроки, и с каждым Молотом гам становился все громче. Я скукожилась и отступила назад. Да он меня здесь не почувствует, притащи я с собой хоть корзинку земляники и повесь по бубенчику на каждую бусину! Надо было прям у входа вставать, теперь к дорожке фиг протиснешься.
Тихомир вышел одним из последних, и если еще вчера я думала, что узнаю его только благодаря седой шевелюре, то на деле даже накинутый на его голову черный капюшон не помешал мне разглядеть знакомый нос. Руки в карманах форменной куртки, зажатый и дерганый, боится даже глаза от земли оторвать. Собрался он, вылезать из своей суеверной скорлупы, а то заметно! Как в воду опущенный, и это перед таким важным матчем.
Парень явно был не в настроении. Неужели получил уже? А ведь мне, по сути, не так и страшно рассказывать родным о нашем расставании, Олег только рад будет, а мама сразу побежит Людмиле Бояновне звонить, чтобы дать зеленый свет на промывку сыновних мозгов.
Если не услышит, просто уйду.
Я тряхнула головой, Тихомир замер и скинул капюшон так яростно, что казалось чуть скальп с себя не снял. Значит, чуйка у нас от любви все же не зависит, но ведь это ж концентрироваться надо было. Неужели ждал?.. Так ошарашено озирается, что черт его пойми.
— Тихомир, я справа, — спокойно сказала я себе под нос, но этого было достаточно, чтобы через секунду в меня уперлась пара желтых глаз.
— Мила! — крикнул он мне. — Иди сюда! А ну расступились!
Тиша так широко улыбнулся, что мне захотелось себя ущипнуть, чтобы проснуться. Я сделала пару неуверенных шагов. Да ничего себе он умеет! Хорошо влюбленным такую хрень не вытворял, иначе плакало бы мое целомудрие, и приметы не страшны! Я прижала сумку к груди, нахмурилась и опустила глаза. Ну хоть ямочки не привиделись. Может у нас получится друзьями стать? Вроде так-то нормальный парень.
Когда не влюблен.
Тихомир протиснулся ближе, протянул руку, дождался пока я схвачусь и буквально выдернул меня на расчищенную ковровую дорожку. Кто-то из студентов присвистнул, вокруг послышались смешки, но нам теперь сглазы не страшны, конечно.
— Пойдем, — сжал он мою руку покрепче и уверенно потащил к автобусу.
Я кивнула в полнейшей уверенности, что и затылком своим растрепанным он это увидит. И почему ладони такие холодные? Хрупкий и ледяной, как сосулька, а спорт все же сказывается на силе, вообще не чувствует, что руку мне сейчас сломает?!
Мы добрались до автобуса, я шустро забралась внутрь и осмотрелась. Хорошо тренер на другом поедет, ведь теперь он пугает меня еще больше, чем раньше.
— Привет, Милослава! — крикнула мне знакомая ведьма.
— Привет, Лияна. П-привет всем! — помахала я, заодно разминая руку.
— Иди, — толкнул меня Тихомир в спину. — Я на пятом обычно сижу. Любая сторона.
— Какая неожиданность.
В нашем автобусе расположилась вся команда и сверкающая группа поддержки в количестве пяти ведьм, но он все равно казался полупустым. Многие сразу заваливались спать, из-за чего царящий снаружи гомон заглушал и разговоры в салоне, и шум двигателя.
Я сняла пальто и забралась к окну. Тихомир скинул куртку и сумку на сидения через проход, сел рядом и сразу уставился:
— Я не думал, что ты приедешь, — рычал он. — Надо было сказать, я бы встретил!
Я вдохнула поглубже. Промывку мозгов придется отложить до обратной дороги, и так издергался весь, не хватало еще цапаться пед игрой и чертей вокруг собирать. Я же не за этим здесь!
— Как я должна была об этом сказать, если ты опять не абонент? — спокойно выдала я.
— Вчера можно было сказать, когда я звонил!
— Вчера я еще не собиралась ехать, Тихомир, а сегодня решила, что моя поддержка будет не лишней. Ты себя видел? На тебе лица нет. Успокойся. Что случилось?
Тихомир нахмурился и опустил глаза:
— Ничего. Все нормально.
— Ты с отцом разговаривал?
— Нет.
— Вот и хорошо. Расслабься, качнулась я, утыкаясь в него плечом. Сегодня отличный день, чтобы победить. С той ноги встал? — усмехнулась я.
— С той. И это не смешно, — огрызнулся он, откидываясь на спинку.
— Ладно. Извини.
Автобус тронулся. Я отвернулась к окну и прикусила язык. И почему он вечно такой колючий? Суеверия нам через одно говорят, что радость притягивает радость, должен быть самым благостным и счастливым из всех двадцать четыре часа в сутки.
И ведь так улыбался, я уж решила, что рад меня видеть, а сам тот еще актер. Ну приехала и приехала! Отцу он ничего не сказал, игра на носу, я заткнулась и не выпендриваюсь, что не так опять? Поддержка ж никогда не лишняя!
Я прокашлялась. Спокойно. Сейчас еще мое бешенство почует и получится у нас скандальный снежный ком. Уж стратегию я разработала, и топить его в мои планы не входило, а помощь парню не помешает. Главное, держать себя в руках, сейчас он все равно что наркоман в завязке.
