— Конечно не отпустят… — Эвен отвечает.
— Я так и знал! — Говорит Мастодонт.
— … Одну! — Эвен улыбается.
— Одну? — Вскинул брови гоблин. — Так вы вдвоем с нами пойдете.
— Естественно. А то вы опять куда-нибудь завернете.
— Нет, нет. Мы никуда не завернем.
И гоблин убегает.
— Смешной он. — Эвен разглядывает свои ботинки.
Потом поднимает взгляд на меня. Я стою молча смотря на него.
— Вот не знаю ругать мне тебя за это или… — Усмехнулся Эвен.
— Спасибо сказать… — Бормочу я.
— Поцеловать?! — Эвен вздернул брови.
— Спасибо сказать! — Возмущаюсь я.
— А мне поцеловать больше понравилось. — Он повернул голову в сторону и устремил взгляд снова вдаль.
— А… Э… Прости, я больше так не буду. — Говорю я и обнимаю его.
Он тут же сжал меня в своих объятьях. Зарылся лицом в мои волосы.
— А мы когда отправимся? — Раздается рядом голос гоблина.
— Мастодонт! — Восклицаем мы хором с Эвеном отстраняясь друг от друга.
— А Амелине нити нашли! — Выдал он и убежал.
170
— Ну почему он вечно… — Эвен качает головой. — Вот Найденыш же так не встревает…
— Ха! Найденыш гоблин Эвенки. — Восклицаю я.
— В смысле? — Эвен вскинул вопросительно бровь.
— Ну он же с Эвенкой вырос… он же из ее прошлого… Он потому за ней больше…
— Подглядывает. — Эвен удивляется.
— Не… Это приглядывает, называется у них. — Улыбаюсь.
— Ага. Приглядывать. То-то он за тобой приглядел, очень уж хорошо. — Эвен качает головой.
— Ну, не сердись на него. — Беру его за руку. — Он же раньше за моей бабушкой приглядывал… А потом когда она пропала, он же один совсем остался. А потом вот я появилась он и привязался ко мне.
— А Амелина правда заживать будет? — Переменил тему Эвен.
— Конечно! Пойдем. Я наверное опять помогать буду.
И мы пройдя с балкона в столовую отправляемся в лазарет. Мама уже там. Дед с Эвенкой тоже.
— А где мохнатые? — Эвен спрашивает.
— Их пока не велено пускать. — Кивает нам мама. — У нас операция снова… Так Эвелина давай, ты мой ассистент.
— Ага. — Киваю подходя к ней.
Главный лекарь снова обрабатывает инструменты и снова проводя над нашими руками окутывает их невидимыми перчатками. Мамины руки проникают сквозь купол.
— Вы можете смотреть. — Говорит ему мама. — Потому как говорить я наверное не буду… Тут лучше смотреть.
— Хорошо. — Он кивает и встает напротив нас.
— Давай. — Мама протягивает мне руку.
Я подаю ей инструмент… И вот трубка-дренаж извлечена. Рана снова промыта и мама берет иголку и припасенные нити.
— Папа, поддержи ее в сонном состоянии обезболивая еще.
Дед подключается к куполу и слабое мерцание окутав купол проходит через него и окутывает Авенну.
Мама проверив все как следует сжимает края чуть выше кисти руки и делает первый стежок.
— Ножницы. — Протягивает руку в мою сторону.
Я подаю ей. Она отрезает нить после узелка. Делает еще пару таких же стежков.
— А вот тут…
— Что? — Мужчина, что смотрел за ее действиями сразу спрашивает подавшись вперед.
— Да вот тут, смотрите. — Мама указывает выше локтя. — Нам не соединить просто так… Скальпель.
И она протянула мне руку. Я тут же подаю острый ножичек. Мама подрезает…
— Но… А… — Главный лекарь хочет что-то явно сказать.
— Тихо-о… — Бормочет мама.
— Ну вот… Теперь еще стяжек….
— Все.
— Но зачем вы снова надрезали? — Мужчина возмущается.
— Так я же вам показала. — Мама вскинула бровь. — Не соединить просто края иначе было. Да не очень красиво. Но согласитесь это все же красивее чем рваный шрам во всю руку. Тут только на предплечье он широковат, а дальше он вообще полосочкой останется впоследствии.
— Вообще я такое первый раз вижу… — Бормочет мужчина.
— Да… — Дед кивает. — Но зато когда она восстановятся и через оборот пройдет полное восстановление организма я думаю, следа от такого шрама и вообще почти не останется.
— Это не так уж и сложно. — Говорит мама. — Я вас могу научить, если хотите.
— Да это будет полезный опыт. — Кивнул главный лекарь. — Не знал что лечить можно и без применения силы.
— О-ооо… — Слышится от стола на котором Светка лежит.
— Кажется кто-то очнулся. — Я улыбаюсь подходя к ней.
Она открывает глаза.
— О, Элька! — Ее чуть приглушенный возглас и улыбка говорят что она уже полностью пришла в себя.
— Эту можно выпускать. — Говорю. — Она уже в норме.
Мужчина сразу убирает руки и купол охлопывается. Светка садиться на столе.
— Я че сразу очнулась? — Спрашивает.
— Да нет. — Мама подходит, осматривает ее. — Мы Авенне уже швы наложили, пока ты спала. — А ты и правда в порядке уже.
— А дед? — Эвен спрашивает подходя к Эуэнти.
Эневка уже стоит рядом с его столом.
— Он очнулся! — Восклицает Эвенка.
Купол тоже над ним убирают и главный лекарь осматривает его. Кивает. И дед с Эвеном помогают ему спуститься. Мы уже помогли Светке спуститься со стола и стоим рядом.
— Ну как ты? — Спрашивает Эуэнти у Светки обнимая при этом одной рукой Эвенку.
— Норма. — Кивает та. — Вы как?
— Да тоже нормально. — И он оглядывается на Авеннку и ее мужа.
— Они тоже хорошо. — Главный лекарь отвечает. — Авенне руку зажили.
— Что? — Эуэнти тут же кидается к ее столу.
