И так, что я имею. Дворф и эльфийка, пьяницы, убийцы, с не выясненными любовными отношениями. Теперь еще волк, всеми гонимый и порицаемый, с дрянной репутацией из-за расы. «А мне все больше нравится моя команда бедолаг», — подумал я и радостно отхлебнул пива. Кое-как расспросив своего нового товарища, мы выяснили, что ему двадцать два года. Также он имел профессию убийцы, что только подтвердило слова Семена. Мастерски владел парными клинками и был обучен разным умениям убийц. Затем, немного выпив, его язык развязался чуть больше, и мы узнали, что произошло до нашего похода. Дед волка сразу же узнал, чей это запах, и не собирался раскрывать тайны, намереваясь срубить денег за молчание. Болт же был против такого из-за желания отомстить Шраму. Поэтому он выкрал записку с местом, которое узнал дед, и пришел к нам. Фактически он предал клан и теперь с позором изгнан. Действительно, волк-бедолага. Прям Ромео и Джульетта, только без яда и смертей, и без Италии, и без родителей, что запрещали, в общем, гарусная история. Так мы и продолжили общаться, узнавая друг друга получше, пока к нам не присоединился хозяин таверны.
— Ну что, отдыхаете, молодежь! — Весело начал он. — Эх, вот, помнится, я с товарищами в свое время…
И деда понесло, пока кружка Марты не прилетела в его лоб после очередного бранного выкрика. Я не переставал удивляться, как ловко и точно Марта метает свои успокоительные снаряды.
— Есть ли новости? — Я задал интересующий меня вопрос.
— Да, парниша, и новости дурные! — Возмутился Петр. — Аркадий умер, и хвостов больше нет. — Закончил хозяин на минорной ноте.
— Пу-пу-пу, — Я выдохнул и похлопал пальцами по столу, — значит, и улик нет, и дело, наверно, уже закрыто, так ведь? И допрашивал не кто иной, как Генадий? — Решил я уточнить.
— К сожалению, всё именно так, пацан, — Петр развел руками и отправился к столику, где его знакомый активно мазал рукой.
— И мы это так просто оставим? — Возмутилась Алиса.
— Да, босс, камню же понятно, что дело тут пахнет затхлой штольней!
— …, - Усиленно молчал Болт, но с видом, что согласен.
— Нам нужно стать сильнее, — Констатировал я факт.
И мы решили продолжить обсуждение предстоящего похода. Обсуждение продлилось довольно долго, и в комнату удалось вернуться, только когда последний гость покидал таверну. Я прошел мимо сопящей богини и, раздевшись, плюхнулся в постель. В голове крутилось слишком много мыслей и вопросов, которые хотелось задать в надежде получить ответы. Я лежал и смотрел в потолок, бесконечно прокручивая в голове всё, что удалось узнать с момента моего попадания в этот мир. Спустя какое-то время веки потяжелели, и я уснул.
Проснувшись утром, я застал Фрею, что задумчиво сидела и смотрела на меня за столом в углу комнаты. На столе стояли две кружки, от которых подымался пар. Видимо, настало-таки время поговорить. Думаю, за прошедшие пару месяцев у нее также накопилось огромное количество вопросов. Я встал, натянул рубашку и сел напротив нее, взяв кружку с напитком.
— Доброе утро, — Я начал разговор, привлекая ее внимание.
— Доброе, — Было видно, что она хотела что-то добавить, но ее смущение мешало этому.
— Госпожа Заря просила передать, что прощает тебя, — Я исполнил последнее свое обещание ее наставнице.
— Вот как, — Кротко ответила богиня. — Я больше не смогу быть богом, — начала она с темы, что, видимо, ее беспокоила больше всего.
— Я знаю.
— Но, но как? — Она встрепенулась в удивлении.
— Госпожа показала, что ты делала, ты заплатила высокую цену, я твой должник.
— Я уничтожила твой мир… Прости, — сказала Фрея, сползая на пол и закрывая лицо руками. — А ты ради меня рисковал своей жизнью и снова умер, и снова из-за меня. Я так виновата, прости… — Капельки слез забарабанили по полу.
Дэн молча встал и направился к двери. Я не могла больше его обманывать, не сейчас, когда он чуть не погиб, спасая меня. Я больше не могла хранить эту тайну в себе. Лучше, чтобы он узнал обо всём сейчас, пока это не стало для меня слишком болезненным. Да, я понимала, что эгоистка и сделаю этим легче только себе. Я знала, что, возможно, он возненавидит меня еще сильнее и уйдет. Я непроизвольно вздрогнула, услышав хлопок дверью, и разрыдалась еще сильнее. Вот и все, он ушел. Я осталась одна. Я не могла определить, сколько времени прошло, но когда Ринья обнаружила меня, я лежала, сжавшись в комочек, и тихо плакала.
— Фрея, ня! Что случилось, ня! — Ринья сжала мое лицо в своих ладошках и повернула к себе.
— Он ушел, Ринья! Ушел! У… шел! У-у-у-у…! — Я разрыдалась с новой силой, упав ей в объятия.
— Куда, ня! Зачем, ня! Да что случилось, ня!!! — Кошка трясла меня за плечи, приводя в сознание. — Объясни!
