Финалист премий «Дракон», «Небьюла», «Локус», «Хьюго» и Мифопоэтической премии.Каир, 1912 год.Сорок лет назад великий аль-Джахиз пробил портал в измерение джиннов, и теперь джинны и другие магические существа живут вместе с людьми, соблюдают законы и платят налоги. Но и среди волшебных созданий встречаются нарушители и злодеи. Поэтому есть Министерство алхимии, заклинаний и сверхъестественных существ.Фатима эль-Шаарави – специальный следователь египетского министерства. Одна из немногих женщин в мужской профессии.В поместье английского лорда находят 24 мертвеца, сожженных заживо, но одежда на телах не пострадала. Дело явно для агента Фатимы.Книга включает роман и повести Ф. Джели Кларка о магическом альтернативном Каире, полном ангелов, джиннов, духов и нераскрытых тайн.«Этот эпический роман о магии и тайнах действительно потрясает». – Publishers Weekly.«Захватывающая история Каира становится еще одним персонажем в этой восхитительной комбинации детектива и фэнтези. Дайте роман любителям альтернативной истории и читателям детективов, которые не против насладиться дозой магии». – Booklist.«Кинематографичный экшен, радикальное переосмысление реальной истории и магия на каждой странице. Мне это нравится!» – Аликс Харроу.«Умный, лукавый и увлекательный стимпанк-детектив с отличным балансом юмора и сердечности. Обожаю!» – Шеннон Чакраборти.«Каир, альтернативно-исторический город-космополит, населен не только людьми, но и множеством сверхъестественных существ. Когда их интересы и планы сталкиваются, то в результате получается книга, которую вы не захотите отложить». – Мари Бреннан.«Очаровательно! Мне нравится сложный мир альт-истории «Хозяевов джиннов», с его намеками на изменившиеся судьбы народов и простых людей после катастрофического возвращения магии. Кларк дарит нам увлекательный детектив с чудесным сочетанием фантастического и обыденного, богов-крокодилов, курящих одну сигарету за другой, скучных библиотекарей-маридов и блестящей героини в лихом котелке». – Джанго Векслер.
© Киселик А.С., перевод на русский язык, 2022
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022
Арчибальд Джеймс Портендорф не любил ступени. С этой их невыносимой высотой, они к тому же, словно издеваясь, всегда вели вверх. «Временами, – думал Портендорф, – можно даже услышать, как они хихикают». Если бы у ступеней были глаза, смешками они бы не ограничились – наблюдая, как он пыхтит сквозь подкрученные рыжие усы, как его короткие ноги подкашиваются под круглым животом. В современную эпоху, когда пассажиров могли с удобством поднимать лифты, просто преступно, что этим лестницам по-прежнему позволялось существовать.
Арчибальд остановился передохнуть у гигантской реплики медного чайника с изогнутым, будто клюв, носиком, опустил свою ношу. Это безобразие, что человек его лет, доживший до шестидесяти и одного в этом 1912 году, вынужден подвергаться подобным унижениям. Ему бы проводить ночь с крепким напитком, а не рысить вверх по дурацким ступеням!
– Все для короля, страны и компании, – пробормотал он.
Утирая со лба пот, Портендорф мечтал дотянуться до сырости на спине и других неприличных мест, к счастью, скрытых темным костюмом. Для ноября было тепло, и в этих перегретых землях казалось, что его тело уже не знало, как
Египет. Таинственная жемчужина Востока, земля фараонов, легендарных мамлюков и бесчисленных чудес. Десять долгих лет Арчибальд проводил три, четыре, даже шесть месяцев кряду в этой стране. И в одном он был совершенно уверен – с него достаточно.
Портендорф устал от этого ужасающе жаркого, сухого места. Тридцать лет назад страна созрела, чтобы стать еще одним завоеванием Империи Ее Величества. Сейчас Египет превратился в одну из великих держав, а Каир быстро превосходил Лондон, даже Париж. Местные горделиво вышагивали по улицам – насмешливо называя Англию «серым островком». Их еда расстраивала его желудок. Их молитвы разносились днем и ночью. И они наслаждались, прикидываясь, что не понимают английский,
А еще были джинны. Противоестественные существа!
Арчибальд снова вздохнул, проводя пальцем по лавандовой «Д», вышитой на платке. Джорджиана подарила его перед свадьбой. Она любила поездки Портендорфа не больше, чем он сам. Она оставалась в Лондоне, и в отсутствие мужа ей некем было помыкать, кроме слуг.
– Всего несколько недель осталось, моя дорогая. – Всего несколько недель – и он улетит домой на дирижабле. Как же он будет рад увидеть свой «серый островок», где стоял разумно холодный и дождливый ноябрь. Он будет гулять по его узким улочкам и смаковать их вонь. На Рождество он упьется до изумления – хорошим, крепким, английским виски!
Эти мысли приободрили Портендорфа. Он поднял тюк и снова принялся подниматься, на ходу напевая «Правь, Британия!» Но пролет патриотизма сменился томительными ступенями. К моменту, когда Арчибальд добрался до вершины, лестница высосала из него всю энергичность. Он запнулся и остановился перед высокими дверьми темного, почти черного дерева в каменной арке и, шумно пыхтя, уперся руками в колени.
Пока он стоял, его внимание привлек смутный звон. Он уже несколько недель периодически слышал этот странный звук – далекое эхо ударов металла о металл. Арчибальд спрашивал у прислуги, но большинство его не замечало. Те же, кто его слышал, говорили, что это, должно быть, невидимый джинн, живущий в стенах, и предлагали ему декламировать суры. Все же этот звук должен был доноситься из…
– Портендорф!
Окрик заставил Арчибальда выпрямиться. Он поправил пиджак и повернулся к двум мужчинам, шагавшим в его сторону. Когда Портендорф узнал одного из них, он чуть не скривился в гримасе, но заставил свое лицо сохранять спокойное выражение.
Уэсли Далтон напоминал Арчибальду карикатуры на эдвардианских аристократов: золотые волосы с аккуратным пробором, навощенные до остроты усы и фонтанирующая самонадеянность от бровей до подбородка с ямочкой. В целом он вызывал тошноту. Поднявшись, молодой человек от души хлопнул Арчибальда по спине, чуть не сбив толстяка с ног.
– Выходит, я не единственный, кто опоздал на суаре компании! Думал, придется извиняться перед старцем. Но если появлюсь с нашим маленьким кайзером, то порки удастся избежать!
Арчибальд растянул губы в улыбке. Фамилия
