– Что «пять миллионов кредитов»? – не понял я.
– Пять миллионов кредитов – и заберешь своего сталкера живым и здоровым, – увидев выражение моего лица, Сандерс развел руками. – А что ты хотел? Ты знаешь, в какую сумму расходники для капсулы обойдутся? Да и у нее самой ресурс не вечный. Так что – решай. Я свое слово сказал.
– Я думаю, ты сам прекрасно знаешь, что у меня такой суммы нет и быть не может.
– Да ладно? Хочешь сказать, ты со Скульптора и Джампера меньше снял?
Меня бросило в жар. Ах ты ублюдок! Так вот в чем дело, оказывается! Все это – и внезапные откровения, и рассказ про жажду мести за якобы загубленных Блайзом бойцов – все это лишь повод, попытка развести меня на кредиты! Вот оно какое, боевое братство, м-мать!
– О чем ты?
– Не коси под дурачка, – махнул рукой Сандерс. – Только дебил не знает, кто завалил бугров третьего сектора, и сколько мог с них снять. Так что не прибедняйся. Все у тебя есть.
Я скрипнул зубами.
– У меня нет таких денег, – сдерживаясь, покачал я головой. – И не предвидится.
– Да ладно, – ухмыльнулся глава «Буревестников». – Хочешь сказать, непотрошеными оставил? А вот Слай говорит, что, когда они пришли и отыскали обоих уважаемых глав группировок, один из которых морфом по базе бегал, а второй с болтом во лбу в своей мастерской валялся, их браслеты оказались пусты. Ноль на балансе. А такого быть не может.
«Слай говорит»… Вот дерьмо! Сейчас я очень сильно жалел, что решился прийти в пятый форт. Сандерс, получается, контактирует со Слаем… У ворот Элис приняла запрос идентификации. То есть, глава «Буревестников» с самого начала знал, кто к нему пришел. Черт… Чем дальше – тем больше мне это не нравится.
– Я не лутал Джаспера. Не до того было. А Скульптор оказался пустым. «Счет обнулен Администрацией Полигона».
– Хм, странно. Первый раз о таком слышу. Ладно, допустим. Но тогда на первый план выходит другая проблема. Как ты понял, наверное, я успел поговорить со Слаем – мы вообще неплохо с ним общаемся. Так вот. Он намекнул, что, если мои парни тебя вдруг встретят – я могу стать богаче на два миллиона. Это если тебя передать живым. Если не получится – лям за голову. Хорошие деньги, как считаешь?
Трижды дерьмо! Где-то я это уже слышал. Сначала Скульптор, теперь Слай… Да я тут популярной личностью становлюсь…
– Мне твое имя показалось знакомым, – продолжал между тем глава «Буревестников». – И, порывшись в памяти, я вспомнил, откуда тебя знаю. И решил дать тебе шанс. Вот только ты от него настойчиво отказываешься.
– Так вот во сколько ты оцениваешь боевое братство, да, Сандерс? – горько усмехнулся я. – В пять миллионов? Ну, немаленькая сумма, согласен. Наверное, ее достаточно, чтобы заглушить совесть.
И тут Сандерс взорвался.
– Да что ты знаешь о совести, урод? В то время, как ты, сраный герой сраной Федерации, позировал перед фотокамерами, мои парни гибли в пещерах Эйдоса! В то время, как ты получал награду из рук Президента, меня судили, как труса и предателя! И пока ты лапал цыпочек, красуясь побрякушками на груди, я сутками пахал на руднике, подыхая от отторжения говенных казенных протезов! Гребаный глянцевый солдатик, дутый герой!
Я стиснул зубы, сдерживая рвущиеся слова – если я отвечу, ничем хорошим это не закончится. Глава «Буревестников» – поехавший, озлобленный на весь мир псих, от которого ожидать можно чего угодно. Посттравматический синдром, мать его. Одно неверное слово – и он попросту размажет меня по переборкам своего командного центра. Так что лучше сдержаться.
Сандерс внезапно успокоился.
– В общем, выбирай. Ты оставляешь Блайза здесь, и сваливаешь, даже без стандартной оплаты за проход, ты переводишь мне на счет пять миллионов кредитов и сваливаешь со своим гребаным сталкером, вылеченным и поставленным на ноги… Или ты отправляешься в каталажку, а я связываюсь со Слаем. И выбирать я тебе предлагаю, только потому что ты когда-то тоже таскал штурмовую броню. Думай!
– Дерьмо… – проговорил я. – Смотри! – вызвав проекцию интерфейса, я отправил Сандерсу разрешение на доступ к балансу.
Несколько секунд он всматривался в виртуальные цифры, а потом недоверчиво покачал головой.
– Хм, ну дела. Что, и впрямь Скульптор пустым оказался?
– И впрямь, – кивнул я. – А Джаспера искать, как я уже сказал, было некогда. Нужно было ноги уносить.
–Хм. Неожиданно, однако, – Сандерс положил подбородок на стальной кулак упертой в стол руки, и некоторое время задумчиво смотрел на меня. Потом, будто приняв решение, тряхнул головой.
– Ладно. Есть у меня одна мыслишка. Но давай-ка мы с тобой сначала еще разок выпьем. Не против?
Я посмотрел в необычно синие глаза главы «Буревестников». Это ж надо, как он быстро из состояния в состояние переходит, а? Угораздило же с психом связаться… Тут вообще нормальные люди есть, или все такие повернутые?
– Ну, давай, – пожал я плечами. А как тут откажешься?
