Промолчала, наблюдая, как вьются вокруг представителя казначея красивые мальчишки.
Виконт фыркнул надменно и устремился к чиновнику.
Поклонился ему. Они обменялись парой фраз. Ничего не разобрала, приехавший говорит тихо. Затем из – за плеча виконта выглянула толстая мордаха чиновника, которая тут же скривилась. Значит, он обо мне сказал.
Хотела подойти поздороваться, но мне преградили путь солдаты со стальными нагрудниками и мордами кирпичом.
Не обращая на меня никакого внимания, чиновник стал раздавать задачи своим подчиненным, которых набежало человек пятнадцать. И вскоре те с длинными рулонами бумаги и перьями стали расходиться по округе. У каждого из них по пацаненку в придачу с письменными принадлежностями.
Наконец чиновник снизошел и до меня.
Только солдаты расступились, я увидела, что толстяк уже сидит на стуле, больше напоминающем кресло. Его обмахивают со всех сторон веерами кудрявые белобрысые мальчишки. Наскоро строится навес из ткани и деревянных ножек.
– Ближе подойдите, леди, – раздался строгий голос Юджина, что встал с правой стороны от чиновника.
Пошла, как школьница к доске. Чиновник смотрит на меня болотными глазками из – под густых бровей, морщинки на лице изогнулись, обозначая брезгливость.
– Кто вам дал право распоряжаться данным хозяйством, женщина? – Произнес грубо. Меня, как кнутом огрело от таких слов.
– Я жена…
– Молчать! – Рявкнул вдруг Юджин. – Высокий лорд не давал слова!
– Но он же спросил…
– Я сказал, молчать! – Взвизгнул виконт.
Стою трясусь.
– Этикета не знает, – начал мямлить чиновник, глядя на Юджина. – В грязи сама возится, не ведает законов великого герцога Нестора. Отчисления в казну не платит, разрешение на сборы дорожные не получала, прошений не подавала. – Перевел взгляд на меня. – Ты с каких гор скатилась, женщина? Отвечай!!
Сглотнула. Слова в горле застряли.
– Определяй ее на кухню, – махнул рукой чиновник, не дождавшись ответа.
В груди холодеет. Какая я баронесса, обычная крестьянка… Уже не смотрю на них, плывет все вокруг. Шок накрывает. Судья вынес вердикт. У меня аргументов ноль, ляпну что – нибудь и с кухарок переведут в уборщицы сортиров…
– На какую кухню, милорд? – Услышала лизоблюда Юджина.
– К Шоберту. Пока под арест до выяснения. Опишем имущество и заберем в казну ценное. Земли достопочтенный герцог по предварительному решению передает барону Шоберту. Карты нарисуем с границами, в трех экземплярах. Давно документация по этой части герцогства не обновлялась. Разверните палатку, в дом покойного не пойду, грязью сапоги пачкать. Шевелитесь быстрее, олухи! Воняет эта помойка курами и навозом!
Солдаты подхватили меня грубо и повели к крыльцу под руки.
– Из дома не шагу, женщина, – пробурчал один из них и захлопнул дверь перед носом.
Минуты две стояла, уткнувшись в деревянную дверь, давила слезы и переосмысливала происходящее.
Обернулась. Стоят Мира, Поля, Серафима, Маргарита и Варлам. Смотрят так жалобно и жалостливо. Вот сейчас в пору и разразиться. Но держусь. В этом помогает парочка эльфов с луками на изготовке, что стоят на лестнице и смотрят по – боевому.
Поднялась на второй этаж, в комнату свою зашла. В окно посмотрела. А улица синевой отдает. И тут до меня доходит, что это какая – то пленка дом окутала. Отшатнулась.
Силовое поле установили, сволочи. Вижу, что и наемников моих ограничили. Ходят вокруг да около. Солдаты им пройти в дом не дают. Разбойникам нужно отдать должное. Прятаться не стали. Вижу Нила, оружие не отдает, народ свой собирает. Настрой у ребят действовать.
В комнату эльфы вошли.
– Леди Валерия, – пропищала Алариэль. – Мы вас не отдадим, умрем за вас.
Обняла эльфийку. Волосы шелковистые глажу, а она меня по спинке. Вот вы зайки мои хорошие, ради вас и стараюсь.
– Слезы Айри давай, – говорю Лаэлю, у того глаза расширились и наполняются невольным ужасом.
– Сколько? – Уточняет.
– Все, и колье. Будем отбиваться. И замок неси, мы переезжаем.
Убежал за артефактами.
Снова подошла к окошку. Боевой настрой и у меня разрождается. Не знаю, что будет дальше. Но так просто не сдамся. Крестьянкой меня сделают? Это значит насиловать будут кому не лень. Знаю я это, на мир через розовые очки давно перестала смотреть. Если на каторге такое чуть не случилось, то на кухне уж тем более. Кухарок насиловать – самое первое дело у лордов. Где – то я такое слышала и не раз. И своих в обиду не дам. Девчонки мои маленькие еще. И таких же в деревне с десяток, ходят в рот мой заглядывают. Их по миру пустить?
Орки у них, видите ли, напирают. Превращаюсь в злую ведьму. Нет, мои дорогие лорды и рыцари, теперь на два фронта придется вам воевать. И я костью в горле стану…
Накручивала себя, разжигала решимость, пока снизу не окликнули:
– Леди Валерия! – Голос отдаленно знакомый.
У меня в руках бусинки с големами, целая горсть. В карман высыпала, запоздало понимая, что неаккуратно. Все это нервы…
