– Не кто, а что, – украшение нырнуло в шкатулку, за ним последовали сережки. – Ты умеешь танцевать танец под названием «Корабельный повар»?
Роберт почувствовал себя неуютно…
– Шутишь?
Она рассмеялась в ответ:
– Ничуть. Это название местного танца, кстати, весьма забавного и энергичного. Меня сегодня учили его танцевать. А еще «Большую площадь». Вам, граф Грэнтэм, родившемуся в Даунтоне, следовало бы уметь танцевать такие танцы.
– Кора, ты с ума сошла? – Роберта не интересовали названия местных танцев, его волновало совсем иное. – Разве в твоем положении можно танцевать?!
– Не могла же я объявить об этом вслух! Но я постаралась не прыгать.
– А леди Вайолет куда смотрела, неужели она не понимает, что в твоем положении танцевать нельзя?
Коре оставалось только промолчать. Если уж она вела себя непривычно, то леди Вайолет тем более – свекровь словно поддерживала невестку во всем, впервые со дня их свадьбы. Неужели с ней удастся наладить хорошие отношения?
– Я немедленно поговорю с мамой. Она не должна поощрять такие занятия!
– Роберт, перестань! Я живая женщина, и мне ничего не грозит. Большинство дам танцуют на балах до самого конца. К тому же я вовсе не желаю, чтобы весь Йорк болтал о причине моего «недомогания».
– Можно же просто сказать, что тебе нездоровится.
– Роберт, перестань волноваться. Я буду осторожна.
Он с сомнением вздохнул. Кора носила их первенца, столь долгожданного будущего наследника Даунтона, но совершенно не желала считаться со своим положением. Она могла полдня ходить по поместью, прикидывая, где и как еще обустроить дорожки, беседки или посадить диковинные растения. Могла часами читать книгу рядом с пишущей свои пейзажи Эдит, забыв о том, что может загореть на солнце. Только вот верхом не ездила – об этом Роберт даже думать запретил!
Весна в этом году ранняя, яркая, солнечная. В парке и саду начались работы – пора заменять отжившие кусты и высаживать новые, постригать выбившиеся молодые веточки, приводить в порядок дорожки…
Роберт, стоя у окна, наблюдал, как супруга командует садовниками и нанятыми рабочими. Вообще-то это следовало делать ему, хозяину поместья, но он предпочитал не вмешиваться в деятельность Коры.
Вдруг что-то привлекло его внимание. Роберт присмотрелся. Глаза не обманывали: Кора разговаривала с управляющим мистером Симпсоном явно повышенным тоном. Тот не оправдывался, а лишь пожимал плечами, ухмыляясь. Роберт уже вознамерился выйти, чтобы выяснить, в чем дело, как на дорожке, идущей от реки, показался новый сосед мистер Невилл! Это заставило графа Грэнтэма замереть на месте. Выйти сейчас означало поставить всех в неловкое положение.
Заставив себя вернуться к столу и заняться разбором счетов за предыдущий месяц, Роберт не пересилил своего недовольства. Он невольно прислушивался, а мысли были заняты беседой под окнами дома. Его мало волновало, о чем Кора спорила с мистером Симпсоном, а вот то, что свидетелем этого спора оказался Генри Невилл, неприятно. И вообще, что он делает в Даунтоне, своего поместья мало?
В дверь постучали. Вошедший лакей Доминик сообщил, что к Роберту пришел мистер Невилл.
Генри улыбался приветливо, Роберту ничего не оставалось, как ответить на его рукопожатие вполне крепким своим.
– Роберт… Простите, я, вероятно, должен называть вас граф Грэнтэм или ваша милость?
– В приватной беседе можете звать меня Робертом, этого достаточно.
– А вы меня Генри, – улыбнулся Невилл. – У меня к вам деловое предложение, даже несколько.
У Роберта почему-то мелькнула мысль, что Генри может предложить обменять Кору на поместье! Эти американцы на все способны. Но Невилл действительно заговорил о делах.
– Наши с вами поместья соседствуют через реку. Будь она чуть шире и глубже, мы могли бы организовать судоходную компанию, но Фосс мелка, а ее углубление и расширение будет стоить слишком больших денег, чтобы окупиться быстро.
Роберт подумал, что это к счастью, иначе предприимчивый американец пустил бы паровые баржи по их любимой реке и тем самым испортил бы всю прелесть округи.
– Но я хочу предложить иное. Ваша супруга мисс Левинсон… простите, никак не могу привыкнуть к ее новому имени… леди Роберт Кроули занялась переделкой парка Даунтона. Но все равно будет недоставать дорожек для прогулок верхом. Это все предисловие. С моей стороны реки, как и с вашей, прекрасные пастбища, в стороне от обоих домов можно поставить конюшни и даже развести коров. Я посчитал, это выгодно. Вы не увлекаетесь лошадьми, Роберт?
– Не настолько, чтобы заниматься их разведением.
– А чем зарабатывает Даунтон, если у вас нет никакого производства?
Роберт с трудом сдержался, чтобы не ответить, что это не его дело, однако Генри был явно искренен, он нашел, на чем можно заработать в новом владении, и спешил поделиться идеями с соседом. Но не учел одного: Кроули не делец и не стремится делать деньги даже там, где это возможно без особых усилий.
– Я сдаю землю в аренду. Этого достаточно.
