- Сначала вы отправились на итоговый экзамен, не имея стабильного канала связи. Не закрыли резервуара защитным барьером, как это делали остальные студенты, и попытались скормить его мертвякам. Но ничего не вышло, потому что ваш резервуар смог постоять за себя. Тогда вы попытались второй раз. У вас на руках были результаты сканирования, где черным по белому написано, что он слишком слаб, чтобы выдержать натиск стихий на ритуале, но, несмотря на это, вы заставили его войти в круг. Каким-то чудом он выстоял перед натиском стихий. Тогда вы пошли на крайние меры и решили нарушить технику безопасности, находясь внутри ритуального круга. Не зря правилами запрещается касаться друг друга. Разнонаправленная энергия, зацикленная в круге настолько сильна, что может убить обоих… - он сделал паузу, глубоко вздохнул и резко спросил, повысив голос, - кто подговорил вас убить этого резервуара? Сколько вам обещали заплатить? Неужели вы находитесь в такой нужде, что за несколько монет собирались пойти на преступление?
Слушая эти обвинения я настолько растерялась, что не сразу нашлась, что ответить.
- Никто меня не подговаривал! - пробормотала я.
Мать Вселенная! По мнению Форсберга выходило, что я - ужасный человек! Элиас рисковал жизнью, и все это так или иначе связано со мной. Но это происходило по вине обстоятельств. Если бы не этот неисправный ошейник, у меня бы с самого начала получилось наладить подключение. Тогда не возникло бы проблем с созданием защитного барьера на экзамене. Не травмируй его леди Сольвейг, он бы не ослаб, и без труда смог пройти ритуал. Я ведь даже хотела его отпустить, но Элиас сам сделал выбор войти в ритуальный круг. Конечно, об этом я не могла рассказать Форсбергу.
- Я не смогла прикрыть его защитным барьером из-за неисправного ошейника, - начала оправдываться я, - а на ритуале я сомкнула наши ладони, чтобы защитить его перед натиском стихий.
Форсберг прищурившись посмотрел на меня, похоже, снова не поверил.
- Если не верите, можете спросить у него сами.
- Он предпочитает отмалчиваться, - Форсберг поджал губы, будто молчание Элиаса каким-то образом досаждало ему.
Надеюсь, Элиаса не будут допрашивать слишком жестко. У Магистрата развязаны руки относительно физического воздействия на резервуаров, а уж если кого-то подозревают в измене...
- Назовите имя того, кто вас подговорил! - голос Форсберга отвлек меня от горестных размышлений, - Ильнар Ёнссон?
- Лорд Ёнссон тут не причем! Он нанял меня для того, чтобы доставить сверток в Снежную пустыню. Это случилось уже после выпускного.
- Только не говорите мне, что вы настолько наивны, что поверили, будто у Ёнссона не нашлось более опытных людей для выполнения его поручения? Или вы из тех легковерных юных магов, которым легко заморочить голову, и которые состоят в этих нелепых кружках, где разглагольствуют о равенстве?
- Я не состою ни в каких кружках...
Форсберг какое-то время молчал, барабаня пальцами по столу.
- Вы не замечали ничего необычного после ритуала? Ваша связь с резервуаром выглядит подозрительно.
- Необычного? - я сделала вид, что задумалась, - да, нет… Ничего такого.
- Я хотел вызвать вас, чтобы взглянуть на странную природу этой связи, но вы предпочли скрыться.
- Подвернулась работа, вот и все…
Казалось, он не обратил внимания на мою последнюю фразу. Я всей кожей ощутила, что Форсберг всматривался в мое сияние. От пронзительного взгляда мне хотелось поежится, словно в комнате холоднее. С каждой секундой его взгляд тяжелел, а глаза становились темнее. Будто на меня смотрела бездна, а не человек. Если бы я стояла, у меня бы, наверное, подкосились ноги, но к счастью, я сидела, поэтому только плотнее прижалась к спинке стула.
Только не это! Сейчас он покопается у меня в голове, и все узнает…
Я не могла этого допустить, но также не могла разорвать этот зрительный контакт, и будто завороженная продолжала смотреть в глаза Форсберга, не в силах отвести взгляд. Время тянулось медленно, словно песчинка падала за песчинкой целую вечность.
Нет!
Я не позволю ему копаться в моих воспоминаниях. Я тряхнула головой, словно отгоняя наваждение. Резко встала и отошла в другой угол комнаты к заколдованной стене.
Только сейчас я заметила, что в плетение прозрачной стены вкраплялись фиолетовые нити, которые стягивали узор вместе, не давая ему разойтись и стать прозрачным.
Я оглядела комнату, и заметила, что вся она покрыта узором из фиолетовых нитей, словно на стены, пол и потолок накинули рыболовную сеть. Несомненно, это было ментальное плетение, которое я не должна была видеть.
- Как вам это удается? - спросил Форсберг.
- Что? - не поняла я.
- Ничего… Садитесь, мы продолжим.
Я вернулась на свое место.
Он сделал вид, что ничего не произошло, но я-то знала, что он самым бесцеремонным образом пытался проникнуть в мою голову. Это ментальное плетение, видимо, прикрывало комнату допросов от любопытных глаз. Чем еще можно объяснить, что глава Магистрата прямо посреди бела дня нарушает установленные для ментальщиков правила? Никакого воздействия на стихийных магов.
