Мне снился Совет. Элиаса снова освободили. Мы вышли из зала собраний вместе, держась за руки. Яркий дневной свет, отражающийся от свежевыпавшего снега, заставил меня зажмуриться. Снег припорошил его волосы и таял на моих щеках. Я крепче сжала руку Элиаса. Только бы не отпустить, только бы не разжать пальцы, только бы не потерять его снова. Я открыла глаза и огляделась. Элиас исчез. Он звал меня. Я искала его, пробираясь сквозь снег и усиливающуюся метель, но никак не могла найти...
****
А когда проснулась, мне ничего не оставалось, как принять то, что произошло и продолжить жить дальше.
Казалось, жизнь застыла в некой неопределенности. Мысли раз за разом натыкались на стеклянный купол, отгораживающий дом Ёнссонов от внешнего мира. Мне запретили выходить за его пределы, и не позволили даже увидеться с Генриеттой. Все, что я любила, осталось снаружи этого купола. Чтобы успокоить Генриетту, я написала ей письмо, что у меня все хорошо, не вдаваясь в подробности своего положения. Не хотелось расстраивать ее, рассказывая о грузе обязательств, который лег на мои плечи.
Месяц, что я провела в заточении, тянулся невероятно медленно. Я коротала дни, которые были похожие один на другой, как будто в ожидании решения лорда Ёнссона относительно моей судьбы, но, порой мне казалось, что я дожидаюсь чего-то другого, сама не знаю, чего.
Шафран приносила еду. От скуки я засыпала ее вопросами, на которые та неохотно отвечала. Так я узнала, что Ёнссоны написали Филиппу Форсбергу письмо с предложением сотрудничать. Ведь король поручил главе Магистрата заняться исследованиями подлинной связи. И чтобы приступить к исследованиям им нужно будет взаимодействовать, так как у каждого из них была только одна половинка истинной пары.
Даже не знаю, получится ли из этого что-нибудь? Сама я чувствовала, что с каждым днем моя магия слабела. Я еле различала нашу связь. Не знаю, дело ли в ментальном куполе, который ослаблял нашу с Элиасом связь, или просто он постепенно забывал обо мне и отдалялся? Ведь магия подлинного союза основывается на взаимном желании обмениваться энергией.
Как бы там ни было, Филипп Форсберг не спешил с ответом, поэтому меня долгое время никто не беспокоил. Так легко было представить, что я просто гостила в этом особняке. По моей просьбе Шафран приносила мне книги из хозяйской библиотеки. Я коротала время за чтением, стараясь не думать о своей дальнейшей судьбе и об Элиасе.
Однажды лорд Ёнссон пригласил меня в свой кабинет.
- Догадываетесь, зачем я вас позвал? - спросил лорд Ёнссон.
Я нервно сглотнула. От его тона мне стало не по себе. Он находился не в лучшем расположении духа. Столько времени я ждала его решения, и вряд ли у него для меня хорошие новости.
- Наверное, вам известно, что я писал Форсбергу с предложением сотрудничать в проведении исследований, но тот ответил отказом.
- И что же это значит?
- Проклятье Огня! Это значит, что никаких исследований не будет!
- Вы отпускаете меня домой? - с надеждой спросила я.
- Нет! Вы мне еще послужите!
- Но что я здесь буду делать?
- Мне в штате не хватает горничной, а у вас имеется богатый опыт в этой области.
- Я не собираюсь подавать вам чай! Мы так не договаривались! - воскликнула я.
Это уже не лезло ни в какие рамки! Не посмеет же он меня заставить!
- Это мы еще посмотрим! - усмехнулся лорд Ёнссон, - не хотите подавать чай, так подайте мне вина!
Я задохнулась от возмущения, а он с усмешкой кивнул на открытую бутылку и бокалы, которые стояли на столике возле окна.
Я хотела спалить эту никчемную бутылку, взмахнула рукой, пытаясь материализовать огненный шар, но ничего не получилось. Магия оставила меня в самый неподходящий момент, а в следующее мгновение мир исчез за резкой вспышкой боли. Шею как будто сдавливал раскаленный докрасна железный обруч с тонкими стальными иголками, которые впивались в горло и проворачивались, словно коловорот.
Я сделала над собой усилие, чтобы с унизительным стоном не рухнуть перед ним на колени. С огромными усилиями мне удалось устоять на ногах. Хотелось убежать, но ноги как будто прилипли к полу.
- Подайте мне бокал вина! - требовательным тоном повторил лорд Ёнссон.
- Нет! - прохрипела я, схватившись за шею, - можете сжечь меня на месте, но я не собираюсь вам прислуживать!
Вслед за неподчинением последовала новая вспышка боли. Где-то на заднем плане даже мелькнула мысль, поднести ему этот проклятый бокал, чтобы прекратить эту пытку, но я осталась стоять на месте. Если нужно будет сгореть, я сгорю!
- Упрямая кобылка! - усмехнулся лорд Ёнссон,- но мы и не таких объезжали. Сжигать я вас не собираюсь, вы мне еще пригодитесь. Например, если мне понадобится невинная магичка, которая пострадала от свободных резервуаров в Снежной пустыне.
Шею перестало жечь. В глазах стояли слезы. Я смотрела на него с бессильным возмущением, восстанавливая дыхание.
- Что же вы, даже не спросите, как поживает ваш драгоценный резервуар?
Я промолчала, хоть мне и хотелось узнать, как дела у Элиаса.
