— Лопаты нужно купить, хозяйка. И камни, чтобы ступени не размывало. И материал для скрепления камней, чтобы не расходились в разные стороны. А это еще столько же, сколько вы дали задатка.
— Ох. Что же вы сразу-то не сказали, что у нас будут еще на это расходы. Я думала, что можно земляные ступени сделать и все.
— Женщины! Что с вас взять. Нельзя, конечно, — возмущается морщинистый.
— Не руками же мы будем выдалбливать, хозяйка! — удивляется загорелый.
Я понимаю, что они правы. Радуюсь, что у нас есть небольшой денежный запас и мы можем купить инструменты.
— Вот только в нашей деревушке всего нужного не найти. И камни я не посчитал. И доставку сюда.
У меня опускаются плечи.
— Давайте начнем с того, что мы сможем сделать прямо сейчас, хорошо? Лопаты же в деревне приобрести можно?
— Можно.
— Выдолбить ступени можно?
— Большими порогами, хозяйка. Только так.
— Хорошо.
— Давайте с этого и начнем.
На том и договариваемся. Вот только утро прошло, а они только с купленными лопатами вернулись. День пошел — а они едва землю ковыряют. Вечер наступил — одна ступень- заготовка сделана.
Вот смотрю на них со стороны, на их вечные перерывы на посидеть и потрындеть, на медленные движения, и у меня четкое ощущение, что ни специально никуда не спешат.
Ох, похоже, зря я обратилась за помощью к Марио. Как бы он не подговорил их.
На следующий день рабочие даже не показываются. Марио со скорбным лицом говорит, что один заболел, а второй уехал на похороны дедушки.
Мне в это верится с трудом.
— Алисия, как насчет чайной карты для моей таверны? — спрашивает Марио, протирая бокалы.
Ага, я составлю, он один раз у меня купит на развес, а потом сам будет купажи заказывать, обходя ненужное звено.
Вот зря я его надоумила о новой статье доходов. Почувствовал прибыль с прохладительных напитков, увидел востребованность кудина и тоже захотел занять эту нишу.
Нет, нужно себя качать, а не соседа!
Зря я погналась за сиюминутной выгодой. Теперь расхлебывать последствия.
— Марио, а как насчет доставки десертов в мою чайную по требованию? — нагло спрашиваю в ответ.
— Эй, но это уже чересчур.
Я пожимаю плечами. Чайная карта для меня тоже перебор.
С поникшими плечами, но не духом, я встаю в начале подъема к чайной.
Рики носится мимо меня с подносом с тремя чашками. Воодушевленный моим вчерашним успехом, он продает жидкую удачу даже более задорно, чем я.
А что нам остается? Подниматься по этой дороге мало кто хочет.
Я снова прохожу по деревне, но никто не может помочь со ступенями даже за деньги. Все заняты своими делами или просто не в силах из-за возраста или состояния здоровья. А, может, просто нет желания.
Солнце начинает печь, когда я берусь за инструмент. Я совсем не белоручка, но получается у меня из рук вон плохо. Я так быстро зарабатываю мозоли, что хочется плакать.
— Алисия! — громкий окрик заставляет меня подпрыгнуть.
Зверь почему-то очень зол.
— Что? — на эмоциях мой голос тоже звучит громко.
— Чем ты занята?
— А не видно?
— Вижу. Поэтому и спрашиваю, зачем ты это делаешь?
Я показываю рукой на горную дорогу к чайной:
— Нужно проложить моим клиентам удобный путь.
Зверь отнимает у меня лопату.
— Это мужская работа.
— Так я и наняла мужчин. Они сбежали. А больше никто не хочет жариться на солнцепеке.
Зверь молча отодвигает меня в сторону. Закатывает рукава свободной белой рубашки и начинает так ловко махать лопатой, что дело кажется сплошной легкотней.
Как же! Я пробовала и знаю, насколько это тяжелая работа.
Мнусь рядом, не зная, что делать. И прерывать его не хочу, но и снова быть обязанной неохота.
— Я тебе заплачу, — говорю я.
— Ага. Три раза, — отвечает он, распремляется и начинает расстегивать рубашку.
— Ты что делаешь? — Я отворачиваюсь.
— Жарко.
Я слышу шуршание одежды, а потом он окликает меня:
— Алисия!
— Что? — я поворачиваюсь, а в меня летит его рубашка.
Ловлю рефлекторно.
— Подержи лучше. И попить воды принеси.
Я кошу на его голый торс взглядом и на секунду забываю как дышать. Вот это мускулатура. Сразу чувствуется, что заработана в боях, а не в качалке, как у мужчин из моего мира. Ни одного лишнего грамма жира.
Зверь явно чувствует мой взгляд, напрягает и без того четко-очерченный пресс, поигрывает мышцами во время движения лопатой.
— Воды? Сейчас! — говорю я, сама ощущая жажду.
Это он что, тактику сменил, как узнал, что я попаданка? Понял, что прежними методами меня не взять, и решил… Что решил-то? Телом атаковать? Делом?
Ну… Не лопату же мне у него вырывать, верно?
Пока воды принесу. И ему, и себе.
И дух переведу, а то перед глазами круги. От жары, это точно, ага-ага.
Рики радостно приветствует генерала за моей спиной. Они начинают о чем-то общаться, но мне не слышно.
Я наливаю воды, жадно выпиваю стакан, а другой несу Зверю. У него так быстро спорится работа, что я просто в шоке.
— Генерал, — говорю я, подходя ближе. — У тебя, наверное, много дел.
— Подождут. А то я уйду, ты снова за лопату схватишься, — бурчит он.
А он вполне себе ничего, когда не прет, как танк.
— Я пыталась решить вопрос по-другому. Не получилось, — вздыхаю я, протягивая стакан воды.