Девушка, не обратив ни малейшего внимания на охранников, словно тех и вовсе не существовало, пересекла двор. Она двигалась так стремительно, что подол ее платья и концы длинного, переброшенного назад, ганаха развивались за ее спиной, словно крылья невиданной ночной бабочки, почти касаясь ног неотступно следовавших за ней охранников. Массивная деревянная дверь дома была закрыта, и один из мужчин шагнул вперед, распахивая ее перед госпожой. Навстречу им из глубины дома появился раб-привратник, в обязанности которого входило открывать на стук гостей. Он, возмущенный столь бесцеремонным вторжением, попытался заступить дорогу. Но девушка даже не подумала остановиться, шагнув через порог. Ее взгляд уперся в лицо раба, заставив того нервно сглотнуть и отступить на шаг назад, невольно увеличивая разделяющее их расстояние. Человеку показалось, что глаза странной гостьи в полутьме парадного холла сияют изнутри своим собственным серебристым светом, будто та, что стояла перед ним и вовсе не была человеком! Раб отступил еще на полшага, лишь усилием воли удерживаясь от того, чтобы не кинуться бежать прочь, бросив свой пост. А девушка и мужчины за ее спиной одновременно с ним сделали полшага вперед, мгновенно занимая отвоеванное пространство!
- Как мне доложить о вас, почтенная госпожа? Совет ожидает вас? - низко поклонившись, пролепетал раб. Изящно очерченные губы девушки дрогнули, изгибаясь в усмешке, вряд ли предвещавшей хоть что-то хорошее тому, кто ее видел. Она оглянулась на мужчин за своей спиной, словно раб произнес что-то действительно очень остроумное, и она приглашала их оценить шутку! Потом вновь посмотрела на привратника:
- Нет, меня не ждут. Но Совет будет рад меня видеть. Меня всегда бывают рады видеть те, к кому я прихожу! - улыбка на ее губах стала чуть шире, когда она шагнула вперед, вынуждая раба попятиться прочь, пропуская ее. Охранник за ее спиной небрежным жестом опустил руку на рукоять меча, отбивая у привратника все желание защищать свой пост. Тот лишь судорожно сглотнул, глядя в спины людей, стремительно пересекающих парадный холл по направлению к лестнице.
- Особенно радуются те, кому удается выжить! - коротко хохотнул один из охранников. Впрочем, раб, оставшийся возле двери, уже не слышал его слов. А вот девушка широко улыбнулась, обнажая ровные белоснежные зубы, и шагнула на первую ступень лестницы.
Странные гости уже преодолели половину пролета, когда навстречу им из бокового коридора показалась женщина, одетая в траурное белое платье. На ее голове не было традиционного ганаха, что означало, что она находится у себя в доме. Впрочем, ее узнали - это была жена старшего из сыновей покойного Руша. И те, кто вошел в ее дом, тоже были известны ей.
- Боярыня Занила?.. - неуверенно проговорила молодая женщина. - Мне не доложили о вашем визите...
- А разве похоже, что я пришла к вам? - боярыня скользнула в сторону так стремительно, что хозяйка дома даже не сумела заметить ее движения: вот она еще стоит перед ней, а вот уже за ее спиной - просто обогнула ее и продолжает подниматься вверх по лестнице! И лишь схваченное краем глаза колыхание синего шелка и легкое прикосновение взметенного ветра... А самой девушки уже нет. Она уже на вершине лестницы. И только ее охранники все также неотступно следуют за ней. И как они прошли мимо нее, молодая женщина тоже не заметила!
Боярыня свернула в коридор, уходящий вглубь дома. На полу здесь лежал роскошный ковер с густым длинным ворсом, полностью скрадывающий шаги. Впрочем, ей ведь и по гулкому мрамору лестницы и главного холла удавалось скользить совершенно бесшумно! А вот шаги спешащего им на встречу очередного раба она сама услышала задолго до того, как он показался из-за поворота. Увидев новых гостей, раб поклонился им. Он ожидал, что девушка остановится, назовет себя и цель своего визита, но та лишь скользнула по нему взглядом и, не замедляя шага, продолжила идти по коридору. Один из ее охранников, молодой парень со светлыми чуть рыжеватыми волосами, схватил слугу за плечо и, кивнув головой в сторону конца коридора, спросил:
- Совет заседает там?
Раб кивнул и попробовал вывернуться из стальной хватки пальцев на своем плече, пытаясь помешать:
- Постойте! Если вы на заседание, я должен сначала сообщить о вашем приходе!
Боярыня оглянулась на него, не останавливаясь и даже не сбавляя шага:
- Все, что мне нужно, я сообщу Совету лично! - усмехнулась она, и раб, плечо которого наконец-то отпустили, почувствовал вдруг, что больше всего на свете рад тому, что ему самому на заседании Совета присутствовать вовсе не нужно!