- Герр Нильсен, успокойтесь! Ханс, почему Вы задаете незнакомой даме, старше Вас, более титулованной к тому же, еще и в её доме, столь личные вопросы? Вас не учили вежливости? – строго спросила Нина.
Мальчик смутился, сник, съежился и проблеял:
- Простите, миледи, я был неправ…Просто я…
- Вы боитесь, что следом за матерью потеряете и отца? – участливо произнесла попаданка. – Юноша, не знаю, почему Вы сделали вывод, что я пытаюсь очаровать мэра Нильсена, но прощаю Вашу дерзость на сей раз. Однако, раз уж Вы позволили себе высказаться, отвечу: я – в трауре, двойном, у меня на руках хозяйство. Мне нужно заботится о моих людях, земле, так что думать о чем либо еще сейчас нет ни возможности, ни желания. Это понятно?
Ханс поднял на виконтессу глаза, в которых стояли слезы, и нехотя кивнул, а барон внимательно слушал Нину.
- Так почему Вы, юноша, задали столь неприличные вопросы, скажите?
- Ну, бабушка постоянно твердит, что отец…женится скоро и бросит нас с сестрой…А мистер Хьюго говорит, что все женщины суть дьяволицы корыстные, посланные совращать мужчин… – голос мальчика стих.
Нине хотелось рассмеяться. Барон покраснел и отвернулся.
- Милый Ханс, Вы можете не поверить незнакомой тетке, но, по моему, Ваш отец весьма здравомыслящий человек, который любит вас с сестрой и не станет рисковать вашим благополучием ради прелестей женщины, по крайней мере, пока Вы не повзрослеете достаточно для того, чтобы жить своей жизнью.
Думаю, Вам следует чаще разговаривать с отцом, делиться сомнениями, доверять ему, а не словам других людей, и не поддаваться чужому мнению. Вы молоды, вспыльчивы, Вас легко спровоцировать… Больше наблюдайте, слушайте, но выводы делайте на основе действий, а не произнесенных фраз. Это путь настоящего мужчины.
Нина, произнеся эту немного высокопарную сентенцию, пригубила остывший чай и посмотрела на сидящего в более расслабленной позе барона. Кристиан моргнул, как бы благодаря ее. Ханс рассеянно щипал булочку…
Чтобы снять напряжение, Нина решила разговорить барона на тему «Что делать?». Слово за слово, они беседовали о визите налоговиков и «земледелов», перспектив развития острова, новостях из других его регионов…
Ханс, успокоившись, доел булочку, выпил чай и пошел осматривать гномов и снежинки. «Надо его занять чем- то» – подумала Нина, кликнула Айрис и попросила принести «башню»: звать мелких Петерсенов не стала.
Через пять минут на чайном столике началось строительство деревянного столба и работа мысли: Ханс, выслушав условия задачи, увлекся, и Нина с бароном переместились к ее рабочему столу, где попаданка с гордостью продемонстрировала их с Лейсом таблицы и поделилась некоторыми соображениями на будущее.
Кристиан очень заинтересовался увиденным форматом сбора сведений: рассматривал, вчитывался, задавал вопросы…Нина, ободренная таким отношением, делилась прошлыми делопроизводственными навыками, высказывая мэру соображения относительно их применения на практике.
- Леди Флетчер, Вы снова подтвердили мое мнение о Вас как об очень необычной женщине…Как жаль, что в нашем обществе место для представительниц прекрасного пола определено весьма скромным и низким...Простите моего сына, он еще не может сдерживаться…Но то, что я услышал, заставило меня задуматься… – Кристиан посмотрел на сражающегося с брусочками сына, потом на Нину и мягко улыбнулся.
- Думаю, на обратной дороге нам будет, о чем поговорить.
Нина тоже так думала, но промолчала.
На обед Ида приготовила рыбный суп (бульон из лососевой головы, по сути), отварную треску в горчичном соусе, гарниром шли тушеные в сливках овощи(сушеные грибы, лук, морковь, горох, свекла и немного картошки), маринованная сельдь, естественно, сыр и паштет из свиной печени. Свежий ароматный ржаной хлеб гости, не чинясь, ели ломтями!
На дорожку пили душистый взвар из щепотки чая с травами и чипсами из яблок (немного летом насушили) с медом. От печенья мужчины отказались – были сыты.
Наигравшийся и успокоившийся Ханс снова задавал много вопросов, но касались они не столь острых тем. Например, его заинтересовали бумажные снежинки.
Пришлось Нине рассказать, что когда- то ей довелось слушать отца (Нинель, якобы) о дальних странах, где снег лежит большими сугробами и не тает до весны, а еще там так холодно, что падающие на руку в перчатках снежинки сразу не таят, и можно их рассмотреть.
- Отец говорил, что замерзшие капли очень красивы, напоминают кружево, и нет среди них одинаковых. Вот я и захотела сделать такие – плела словесные виньетки попаданка.
- А нисе Вы тоже … сами? – пытал Ханс. – Я таких странных не видел…
- Да, я люблю вязать, поэтому мои нисы такие…
- А эту игру Вы…
- Это отец мне в детстве подарил! Он много знал из рассказов купцов, бывавших в разных, непохожих на нашу, странах. В одной, например, живут смуглые узкоглазые люди, говорящие на очень трудном в изучении языке и пишущие удивительно красивыми, но сложными в исполнении сочетаниями палочек и черточек… «Башня» оттуда.
