Дракончик нерешительно, но всё же подошёл ближе, взял печенье и с аппетитом съел его. В человеческий облик он не вернулся, но заметно успокоился. Второе печенье он получил уже с большей уверенностью.
Третье ел, удобно устроившись у меня на коленях. Я осторожно провела рукой по его голове — малыш оказался очень тёплым, даже горячим, и весь дрожал. Сердце у него билось так быстро, что мне стало до боли жаль этого испуганного кроху.
Я держала его, стараясь успокаивать, а малыш жадно доедал угощение, полностью доверившись мне. Именно за этим моментом и застал нас Крит, неожиданно появившись на поляне — удивлённый, он увидел, как маленький дракончик ел у меня с рук, свернувшись клубком.
— Джорджиана, вы целы?! — крикнул Крит, поспешно приближаясь ко мне.
Я увидела, что его тревога не безосновательна: рядом догорала трава, вокруг ещё плясали искры, а я сидела на обожжённой земле, не обращая внимания на опасность. Впрочем, кольцо защищало меня от огня, так что реальной угрозы не было.
— Всё в порядке, — заверила я, краем глаза замечая, как дракончик на моих руках напрягся, замер, а затем зарычал на незнакомца. Его маленькое тельце задребезжало — страх овладел малышом целиком.
Крит только покачал головой, на секунду закрыл глаза, будто собираясь с мыслями, а затем открыл и пристально оглядел нас. Тут произошло настоящее чудо: дракончик начал меняться — чешуя осыпалась золотистыми искрами, и на моих руках оказался светловолосый мальчик лет четырёх. Он был без одежды и тут же укутался в мою тёплую мантию. Малыш прижался ко мне, доверчиво уткнувшись носом в шею, дрожал и не отпускал, будто ища защиты от всего мира. Я как следует завернула его в свою одежду.
Осторожно поднялась, не выпуская ребёнка из объятий. В этот момент он разрыдался — крупные слезы катились по щекам, голос срывался от отчаяния.
— Мама, где мама?! — хныкал он, стискивая пальцами мою мантию. Его горе сжимало мне сердце, и я отчаянно надеялась, что мы найдём его мать, пусть бы она была где-то поблизости.
— Мы её обязательно найдём, — пообещала я, стараясь говорить как можно мягче.
Крит подошёл ближе. Я ожидала, что он меня поддержит или сразу предложит план, но вместо этого он задержался взглядом на моей руке — на том самом помолвочном кольце. Вроде бы только теперь оно привлекло его внимание.
— Джорджиана, ты…
— Как видишь, кольцо пригодилось, — спокойно сказала я, чуть улыбнувшись. — Что будем делать с малышом? Я могу провести ритуал поиска родственников, но кому-то нужно за ним присмотреть.
— Хорошо… Но нам нужно будет поговорить потом, — серьёзно ответил Крит. На секунду в его глазах мелькнула сталь.
Я нахмурилась:
— О чём?
— Думаю, ты и так понимаешь. Но этот разговор подождёт, — он мягко перевёл взгляд на ребёнка. — Сейчас важнее мальчик.
— Как тебя зовут? — осторожно спросил он у малыша.
— Либб, — прошептал тот, ещё крепче прижавшись ко мне.
Я только надёжнее обняла его, пытаясь согреть, а Крит представился:
— Меня зовут Крит, а это Джорджиана, она помогает тем, кто потерялся.
Я только теперь поняла, что и сама забыла представиться, слишком увлечённая заботой о ребёнке.
— А ты кто? — неожиданно спросил Либб, глядя на меня с недоверием.
— Я с ней, — мягко ответил Крит. — Я ей помогаю.
Он попытался расположить мальчика к себе.
— Сможешь последить за ним, чтобы он пока не превращался? Пока я проведу ритуал? — спросила я у Крита.
— Да, думаю, справлюсь. Может, мне понести его? Он тяжеленький, — осторожно предложил Крит.
Я передала ребёнка ему на руки, Либб заскулил.
— Всё хорошо, — уверил его Крит, медленно поглаживая по спине.
— Не хочу… — всхлипнул малыш, не отпуская дракона.
— Либб, я тоже дракон. Ты впервые обратился — это пугает, знаю, — мягко подбодрил его Крит. — Но превращаться — это не просто страшно, это удивительно! Парить над облаками, видеть мир сверху... Ты даже не пробовал летать!
— Не хочу… Все меня боятся. Даже палкой били… — выдохнул Либб, сжавшись в комок.
Я замерла на месте. Как кто-то может так обращаться с ребёнком?..
— Никто не посмеет больше обидеть тебя, — твёрдо сказал Крит. , — твёрдо пообещал Крит, и этот короткий ответ звучал как нерушимая клятва. Я знала: если он даёт слово — он его держит. — А быть драконом — это чудо. Когда-нибудь ты это поймёшь.
Я обернулась к Кияре, Эдгару и Лилиан:
— Можете идти, — попросила я.
Лилиан задержалась на мгновение.
— Потом все расскажу, — шепнула я ей.
— Хорошо. Если нужна помощь — зови, — кивнула девочка и гордо удалилась с остальными.
Мы двинулись к дому, обходя обугленные пятна. По пути я заметила, как другие воспитанники с интересом наблюдают издалека, но никто не осмелился подойти — дракон в детском обличье явление редкое, а волнение Либба не вызывало желания сближаться. Впрочем, для ребёнка сейчас лишнее внимание было бы тяжело: он еле держался, тер глаза руками. Верный признак, что ему стоит поспать.
Мы поднялись в мой кабинет. Я попросила Крита немного подождать, подошла к стене, коснулась её ладонью, сконцентрировалась, и через несколько секунд в стене открылся дверной проём.
