— Золото — признак дракона средней силы. Слабая кровь не интересна Креслингу — он бы потребовал сына обратно, как вещь, — объяснил Крит. — Либб заслуживает жизни без ярлыка «потенциала». Я отвезу его к родным. Но вначале их предупрежу.
Впрочем, ехать оказалось вовсе не нужно: родственники Крита уже были поблизости и быстро пришли за Либбом. Леди Паар встретила нас с радостью, соглашаясь приглядеть за малышом. Она с теплотой посмотрела на ребёнка:— Не ожидала, что судьба подарит мне внука так скоро и таким необычным образом — ещё до брака, — улыбнулась она. — Но зато — из рук твоей невесты.
Я всё ещё держала Либба на руках, не желая выпускать — отверженность со стороны отца тронула меня до глубины души. Но всё же передала мальчика в руки Каура, дяди Крита.
Оба они были похожи друг на друга, и Каур поддержал решение племянника. Он лишь напомнил:— Усыновление — большая ответственность. Не забывай об этом.
— Никогда не думала, что отец-дракон может отказаться от собственного ребёнка, — возмущалась мачеха.
— Или такое просто никогда ещё не становилось достоянием других, — добавил мрачно Крит. — Не переживайте, мы скоро присоединимся к вам — вдвоём, — прозвучало так, будто он приглашает и меня.
Что ж, я была не против. Кольцо защищает, а ребёнка мы в какой-то мере нашли вместе, значит и заботиться можем вместе.
— А существуют ли драконьи детские сады? Может, учреждения, где малыши могли бы играть и учиться вместе? — спросила я, внезапно осознав, как мало знаю о повседневной жизни драконов.
— Нет, — усмехнулся Крит, — но это интересная идея.
Карета с родственниками Паара и Либбом медленно тронулась, погрузив нас в задумчивое молчание.
— Думаю, впереди у нас серьёзный разговор?! — нарушила я паузу, чувствуя напряжение.Почему‑то мне казалось, что предстоящая беседа будет нелёгкой.
— Да. И ещё нас ждёт поездка, — спокойно ответил Крит. — Не волнуйся, Джорджиана, ехать недалеко. Место тебе должно быть знакомо... по крайней мере, я так думаю.
Отказываться от поездки я не стала, хотя должна признать — каждый миг пути отзывался тягостным напряжением в висках. Воздух в карете словно сгустился до состояния патоки, а Крит, сидевший напротив, напоминал грозовую тучу, готовую разразиться молнией. Он почти не произнёс ни слова за всю дорогу, лишь изредка бросал на меня взгляды, от которых по спине бежали мурашки.
— Я что-то сделала не так? — наконец сорвалось с губ, когда молчание стало невыносимым. — Если это из-за Либба...
— Нет, — отрезал он, резко. Его взгляд упёрся в окно.
— Что ж, никаких чар я к тебе не применяла. Ни артефактов, ни зелий, — добавила я, стараясь звучать беззаботно, но голос предательски дрогнул.
— Знаю. Я проверял, — пробурчал он, и от этих слов стало вдвое хуже. Значит, не доверял.
Я фыркнула, отвернувшись к своему окну.
Через пару поворотов карета остановилась с лёгким скрипом. Крит выпрыгнул первым, резко распахнув дверцу, и протянул руку, словно рыцарь из древней баллады. Я приняла помощь, чувствуя, как его пальцы на миг сжали мои с силой, граничащей с болью.
Перед нами возвышалось здание, от которого перехватило дыхание. Белоснежные колонны, оплетённые золотыми лозами, купола, сверкающие под солнцем, будто отлитые из расплавленного света. Храм Истинных Крыльев.
— Последний раз я была здесь... — начала я, но остановилась. Воспоминания Джорджианы всплыли ярче реальности: холод мраморного пола под коленями, дрожь в руках, сжимающих хрустальную сферу, чёрное пламя, поглотившее надежды.
— Здесь проверяют не истинность, — поправил Крит, ведущий меня под арку с резными драконами. — Здесь проверяют возможность родить дракона. Пойдём.
— Проверять? — я замерла на пороге, чувствуя, как сердце колотится в горле. — Ты ведь знаешь, что я не истинная.
Он обернулся, и в его глазах вспыхнуло что-то незнакомое — не гнев, а... страх?
— Мы проверим это сейчас, Джорджиана. А потом поговорим.
Внутри храм поражал пустотой. Лучи света, пробивавшиеся сквозь витражные окна, рисовали на полу узоры из драконьих символов. Наши шаги эхом отдавались под сводами, пока Крит вёл меня через лабиринт коридоров в сердце здания — круглую залу с алтарём из чёрного обсидиана. На нём лежали хрустальные сферы, каждая размером с яблоко, их грани переливались радужными бликами.
— Возьми сферу, — приказал Крит, указывая на ближайшую. Его голос звучал как лезвие, прижатое к горлу.
Я покачала головой, отступая. Память о том дне была слишком живой: леденящий холод шара, пронизывающий пальцы, чёрная бездна, поглотившая пламя внутри. Стыд. Слёзы. Пусть это и принадлежало моей предшественнице, я ощущала ее чувства, как свои.
— Джорджиана. — Он шагнул вперёд, блокируя путь к отступлению. — Возьми.
Что ж... Если он так жаждет подтверждения, пусть получит его.
