— Мы не раскрываем информацию, связанную со следствием, — подал голос Петр Григорьевич. Просто потому, что сам Соболев промолчал, заинтересовано слушая.
— Как вы можете помочь? — уже спокойнее поинтересовался он.
Федоров подался вперед, приближая к нему свое лицо, и понизил голос:
— Раз вы пришли ко мне, я полагаю, что вы по-прежнему не знаете, с кем Ирина уехала с вечеринки в тот вечер. Из этого я делаю вывод, что вы так и не узнали название эскорт-агентства, а потому не смогли допросить других девушек. Вам также явно велели не лезть с расспросами к гостям, а особенно — к организаторам мероприятия, иначе вы бы знали, что меня там не было, а также о том, что я слеп, потому что уж мой брат об этом в курсе. Я могу узнать для вас как минимум название агентства, а также могу поговорить с братом и другими гостями, показать им фотографию Ирины. Может быть, ее кто-то узнает. Мне никто не помешает это сделать, и со мной эти люди будут говорить с большим энтузиазмом и откровенностью, чем с вами.
Он говорил, а Соболев все смотрел в его глаза, подсознательно ожидая, что вот-вот их взгляд на чем-то сфокусируется: очень уж нормальными, здоровыми они выглядели. В конце концов, не удержался: помахал рукой прямо перед его носом. Никакой реакции. Кроме, разве что, кривой ухмылки.
— Должен вам сказать, что когда люди так делают, я, конечно, не вижу этого, но обычно чувствую или тепло ладони, или запах.
Соболев тихо скрипнул зубами.
— Какого рода информация вас интересует?
— Андрей, — предостерегающе окликнул Петр Григорьевич, но больше говорить ничего не стал.
— Сущая ерунда. Ясновидящая Аглая… Вы были у нее после убийства Ирины. Она как-то связана с этим делом?
Брови Соболева удивленно скакнули вверх. Так может быть, вот в чем дело? Может быть, причина его переезда сюда — Аглая, которая на самом деле Татьяна? Поэтому его машина и крутилась тогда у ее офиса? Но что он делал у усадьбы?
— Ирина несколько раз обращалась к ней за гаданием. А вы знакомы с Аглаей?
— Да. А с усадьбой она как-нибудь связана?
— В каком смысле?
— В прямом: есть ли какая-то связь между ней и усадьбой, в которой вы нашли тело Ирины?
Соболев растерянно пожал плечами.
— Она сказала, что иногда ходит туда для подзарядки или что-то в этом роде.
Казалось, Федорова этот ответ обрадовал: он облегченно выдохнул и снова отклонился назад, откинулся на спинку неудобного стула, на который его посадили.
— Кстати, а что вы делали рядом с усадьбой третьего числа? — тут же поинтересовался Соболев.
— Да так, — отмахнулся Федоров. — Изучал местные достопримечательности.
— Неужели? — язвительно усомнился Соболев. — Как вы вообще туда попали на машине? Проезд ведь был закрыт.
— А там есть «черный вход», так сказать. Со стороны церкви целая секция в заборе отсутствует, и машина вполне в состоянии проехать.
— Вот как? И вы уже на второй день пребывания в городе об этом знали?
Федоров снова пожал плечами и невинно улыбнулся.
— Что я могу сказать? Всякое в жизни бывает.
Соболев Владу понравился. Говорил, конечно, сквозь зубы и в целом слишком много воли давал собственным эмоциям, но в раскрытии преступления был явно заинтересован. Что в современном мире представителям закона свойственно далеко не всегда.
Капитан любезно снабдил его фотографией Ирины Рязановой и собственной визиткой, а после проводил к выходу, где дожидался Игорь.
— Едем в офис, — лаконично велел Влад. — Мне нужно срочно поговорить с братом.
Игорь как всегда не стал задавать вопросов, только довел его до машины.
У головного офиса отцовской компании в Москве имелось собственное здание. Небольшое, но стильное, возведенное с нуля на пустыре еще в самом начале десятых годов. Далеко не в центре, но относительно близко к станции метро, что упрощало путь на работу и тем сотрудникам, что добирались своим ходом, и тем, кто предпочитал личный автомобиль: проблем с парковкой здесь не было.
Сам Влад начинал работать в компании, когда помещения они еще арендовали, а его старший брат Артем наверняка застал времена, когда «офис» был лишь красивым словом и неказистой комнатой где-то в недрах здания самого первого предприятия. За двадцать лет компания сильно изменилась.
Даже за последние три года измениться успело многое. Например, его перестали узнавать на посту охраны, а пропуска в здание у него теперь не было. Он сам от него отказался. Поэтому спокойно отреагировал на просьбу сообщить, к кому идет, и показать паспорт.
— Мне нужен Артем Федоров.
— А вам назначено? — осторожно уточнила девушка-секретарь, занимавшаяся выдачей пропусков.
— Нет, но я уверен, что господин Федоров меня примет.
Он достал из внутреннего кармана пиджака паспорт и протянул его вперед, надеясь, что не ошибся с направлением.
