— Нет, ни меня, ни моей семьи в том списке нет. Хотя мой старший брат наверняка туда однажды попадет.
— Значит, вы не богаты, а в лучшем случае состоятельны, — нарочито разочарованно протянула Юля.
— Ладно, будем считать так, — легко согласился он.
БМВ как раз въехал во двор их дома, поэтому разговор сам собой сошел на нет. Уже в лифте Юля, бросив взгляд на часы, спросила:
— А что нам делать дальше? С Хозяйкой, я имею в виду.
— Думаю, действовать по-прежнему плану: расспросить Алексея и попытаться выяснить, с кем твоя подруга возвращалась домой. Еще бы понять, имеет ли какое-то отношение к ее смерти та пентаграмма, о которой ты говорила. Или это какая-то отдельная игра…
Лифт остановился на их восьмом этаже, дверь, скрипя, отъехала в сторону. Юля вышла первой, Влад последовал за ней. Сейчас, когда невидящий взгляд скрывали очки, а трость была сложена, он совсем не походил на слепого: шел достаточно уверенно, хоть и медленно, как всегда.
А за дверью во внутренний коридор их ожидал сюрприз в виде уже знакомых Юле полицейских. Вот только имен их она не помнила, поэтому просто поздоровалась и поинтересовалась:
— Вы ко мне?
— Нет, мы к вашему соседу, — бодро сообщил тот, что помоложе, в упор глядя на ее спутника.
Тот остановился, как только она обратилась к полицейским. Со стороны могло показаться, что он смотрит на них сквозь темные стекла очков.
— Вы Владислав Федоров? — меланхолично поинтересовался полицейский постарше.
— Да, это я, — отозвался Влад. — Чем обязан?
— Пройдите с нами, у нас есть к вам несколько вопросов.
— А здесь вы их задать не можете?
— Нет, не можем.
— Тогда сожалею, но мне сейчас неудобно с вами куда-либо идти. Давайте назначим встречу…
— Вам придется пройти с нами сейчас, — перебил полицейский помоложе. — Вы задержаны по подозрению в убийстве Ирины Рязановой.
Юля обернулась и испуганно посмотрела на Влада. А он только улыбнулся.
— А вот это уже интересно.
Соболев давно не чувствовал себя так глупо. А ведь как хорошо все начиналось! Красиво так складывалось, как он любит: Владислав Федоров оказался связан и с подругой убитых, и с последней для Ирины Рязановой вечеринкой, и с местом преступления. Состоятельный чудик, он три года назад исчез с радаров тех узких кругов, в которых был широко известен. И эта его авария, после которой он залег на дно, стал затворником. Может быть, сильное потрясение или травма вызвали сдвиг у него в мозгах. Или он подсел на наркотики, что часто происходит с людьми, у которых долго и болезненно заживают травмы. В общем, что-то из этого могло стать причиной такого странного первого убийства.
Когда в ресторане, арендованном холдингом «Вектор» для закрытой презентации, один из официантов, работавших в тот вечер, опознал Ирину Рязанову, цепочка красиво ложащихся фактов замкнулась. Правда, Велесов по молодости все равно опасался делать резкие телодвижения в отношении сына состоятельного и влиятельного отца, поэтому велел для начала просто поговорить с ним, не предъявляя никаких обвинений. Они так и собирались сделать, но сукин сын просто выбесил его своим надменным: «Давайте назначим встречу»! Вот Соболев и сорвался…
А этот гаденыш буквально рассмеялся им в лицо и демонстративно разложил длинную белую трость… И теперь сидит перед ним в кабинете, слепо таращась в пространство. Кто ж знал, что он слепой? Об этом нигде не было ни полстрочки, ни даже намека.
Петр Григорьевич мрачно посматривал на них из-за своего стола, вздыхал и кряхтел, елозя на скрипучем офисном кресле. Сам Соболев растерянно постукивал кончиком ручки по бланку протокола допроса, не зная, с чего начать. Зачем он вообще его сюда привез? Да все затем же: разозлился, психанул и не пожелал отступать. И если теперь Велесов об этом узнает… Впрочем, нет, Велесова он не боится, тот его только смешит время от времени. А вот если этот хлыщ пожалуется папочке, то с Соболева могут и погоны снять. Теоретически. Такой скандал: по подозрению в убийстве задержан слепой!
А этот гад сидит и улыбается. Весь такой холеный, прилизанный… И машина с водителем за ними до самого Управления тащилась такая, какую Соболев никогда в жизни себе не купит. Даже если взятки начнет брать. А ведь они ровесники, Федоров даже на полтора года его моложе.
— Мы долго еще будем здесь сидеть? — вежливо поинтересовался Федоров, все также глядя в пустоту. — Простите мое нетерпение, но я ведь не вижу, что происходит. И не слышу, чтобы что-нибудь происходило, поэтому у меня складывается впечатление, что вы просто на меня пялитесь. А вы, кажется, хотели поговорить.
Изъясняется-то как! «Простите мое нетерпение»… Соболев не выдержал и скорчил гримасу, передразнивая собеседника, словно ему внезапно снова стало пять лет. А что? Тот же все равно не видит.
Федоров действительно остался невозмутим, зато Петр Григорьевич красноречиво кашлянул.
— Вы были знакомы с Ириной Рязановой? — начал Соболев со стандартного вопроса. Уж раз влип в такую некрасивую ситуацию, придется делать морду кирпичом и гнуть свою линию.
