Как будто мало мне было сегодня гостей!
— Это еще кто такой?
Генеральша заглянула мне через плечо.
— Медведев.
— Как не вовремя! — вырвалось у меня.
Хотя, если подумать, — очень вовремя. Вздохнув, я обернулась к Стрельцову.
— Я просила Северских рассказать ему про меня. Так что придется принять. Прошу прощения, Кирилл Аркадьевич. Начинайте без меня.
— Что начинать? — полюбопытствовала Варенька, выворачиваясь из объятий кузена.
— Варвара! — возмутился Стрельцов.
Она состроила умильную физиономию, глядя на меня. Я со смехом покачала головой.
— Можете не торопиться, Глафира Андреевна, солнце еще высоко.
Я не стала спорить. Варенька шмыгнула носом и вцепилась мне в рукав.
— Глаша, можно с тобой? Если ты не собираешься обсуждать что-то секретное, конечно. Я буду молчать и слушать, честно-честно!
Я вздохнула. В чем-то Стрельцова можно понять. Немного.
— Я собираюсь обсуждать товары и цены. Вряд ли это будет тебе интересно.
— Интересно. Я хочу научиться. Мне же придется вести хозяйство, а где этому учиться? — Она выразительно глянула на кузена. — Папенька говорит: не твоего ума дело, маменька: не мешай.
— Ладно, — сдалась я. — Молчать и слушать. Если захочешь что-то спросить — запоминай, объясню потом, когда гость уедет.
Мне показалось, будто Стрельцов ждал, что я позову и его. Но Марья Алексеевна ухватила его под руку.
— А мы с тобой, граф, пока посидим да поболтаем.
Прежде чем выйти к купцу, я заглянула к управляющему и попросила его подняться в мой кабинет. Нелидов с любопытством посмотрел на Вареньку, но спрашивать ничего не стал, а я тоже не стала объяснять.
Медведев низко поклонился мне. Протянул письмо.
— Княгиня Анастасия Павловна настойчиво советовала мне вас навестить. Так что я прямо от нее и к вам, а это рекомендация.
Письмо было коротким: Настя отзывалась о купце как о человеке, который своего не упустит, но в целом честном. Большего мне и не надо было — едва ли преуспевающий купец окажется бессеребренником. Мы поднялись в кабинет, где у окна на стульях уже ждали Нелидов и Варенька. Я растерялась на миг: представлять дворян купцу — оскорбить ее. Не представить — оскорбить его.
Ладно, Нелидов человек здравомыслящий, потом извинюсь.
— Сергей Семенович, позвольте представить вам Савву Петровича, купца. Анастасия Павловна очень лестно о нем отзывается.
Медведев низко поклонился.
— Савва Петрович, это Сергей Семенович, мой управляющий, без которого я как без рук.
Нелидов кивнул. Купец встретился взглядом с Варенькой, поклонился и ей, та чуть склонила голову. Кажется, я все сделала правильно.
Переходить к делу с первой же фразы считалось неприличным, беседа потекла неторопливо и плавно. Поговорили о торговых делах. Медведев не хвастался крупными сделками, как это водится среди адептов успешного успеха, но и не прибеднялся, рассказывал спокойно и с достоинством. Как возит зимой мороженую рыбу с северных рек. Как радуется лету, потому что можно работать недалеко от семьи: собирать по уезду сперва ягоды, потом овощи, мед, грибы и яблоки, поздней осенью — соленья и заготовки, которые держит в погребах до второй половины зимы, когда их можно продать подороже. Обсудили урожай лесных ягод. Поговорили о том, что большие города летом обычно пустеют, потому что господа разъезжаются в свои имения да на дачи, но Большие Комары в этом отношении — город особенный. Императрица вместе с двором переезжает в летний дворец, и поднимается спрос на дорогие вина и редкие лакомства. Или на такие обыденные мелочи, как, скажем, банные веники. Не будут же слуги высоких господ сами бродить по окрестным лесам!
Акулька принесла травяной чай, стрельнув в гостя любопытным взглядом. Я разлила его. Купец взял чашку с поклоном.
— Знатный сбор; маменька ваша тоже, говорят, так в травах разбиралась, что никакого хатайского чая не надо было, — сказал он. — Но те сборы я не имел чести попробовать. А вот медок вашего батюшки, светлая ему память, помню, знатный был медок, белый да душистый.
— Светлая память, — согласилась я. — При батюшке все по-другому было.
— И то правда. Не в обиду тетушке вашей покойной будь сказано, при батюшке все на широкую ногу было поставлено. И дом полон дворни, и во дворе работников полно. А тетушка ваша всех разогнала. Ну да не мне судить, наверняка были у нее причины.
— Были, — подтвердила я. — Но я надеюсь, что скоро все изменится.
— Дай-то бог. — Он пригубил из чашки. — Слыхал я, Глафира Андреевна, что вы батюшкино дело восстанавливать взялись?
— Взялась. И надеюсь, что вы будете с такой же охотой покупать мой мед, как и батюшкин.
— Это уж завсегда с нашим удовольствием. Однако до большого сбора, как липа отцветет, еще полтора месяца. Тогда и приеду, если у вас будет что предложить.
— Возможно, у меня появится мед и раньше.
