— Не спорю. Однако вручную выводила сложные пятна я, развешивала, гладила и складывала тоже собственноручно. Та же стиральная машина изначально принадлежала мне, а после выхода из строя заменена на заработанные мною деньги. Холодильник, микроволновка, тостер, пылесос — аналогично. Телевизор и компьютер не упоминаю. Можете отнести их к развлечениям, предоставленным взамен отсутствия любовных утех после того, как Толик ушёл из большого секса. Хотя тут я тоже являюсь пострадавшей стороной. Последние полгода мои доходы шли исключительно на обеспечение меня самой. И что я в итоге получила? Арестованные счета, на которых находились кровно заработанные мною деньги? Это при том, что абсолютно все расходы на захоронение и благоустройство могилы оплатила из своего кармана. Ведь оставшиеся от взятых у вас денег под залог таверны, Толик тратил на обязательные взносы... — я продолжила листать блокнот, водя ногтем по строчкам. Как там говорится? Ни в чём себе не отказывай? Так я и не скромничала: всё, что смогла вспомнить и посчитать, перечислила.
Высший молчал, ожидая, когда закончу.
— В итоге я обязана открыть таверну, но банально не имею на это необходимого количества средств. Учитывая, что половина квартиры и так и так принадлежит мне, можно её продать, а вырученные средства поделить пополам. Как раз у меня появится деньги на закупку продуктов, а вам вернётся часть долга. Но объект недвижимости — это всё-таки хорошее вложение. Зачем продавать, получив единоразово сумму, когда можно сохранить квартиру в качестве залога и получать с неё прибыль на протяжении нескольких лет? За это время и в цене подрастёт, и какой-никакой доход с аренды будет капать... Можно ничего не предпринимать. Тогда в скором времени вместо денег получите мой хладный труп и таверну, для которой ещё нужно будет подобрать хозяина или хозяйку. Учитывая вышеизложенное, хотелось бы получить компенсацию за годы, проведённые в браке. Ведь это за мой счёт вы реализовали свои обязанности, как получателя души.
Высший забарабанил пальцами по столу.
— Не совсем всё верно, но суть я понял.
Ха, ещё бы не понял! Ведь конкретно встрял, когда Толику меня подсунул. Если бы сделка была честной, мне тоже стоило бы заплатить или спонсировать часть расходов.
— Чего ты конкретно хочешь?
— Свободный доступ к личным счетам и половину от стоимости аренды квартиры в Стародеревенском переулке ежемесячно. Чтобы первое время было на что содержать таверну и из чего платить хотя бы минимальные взносы. Мне ведь просто повезло, что Савáн стал моим слугой. Иначе пришлось бы выкручиваться за счёт даров леса и болота. И что-то мне подсказывает — сильно много с этого заработать не получилось бы. Плюс ко всему — время. На сбор трав, ягод и грибов, а также ловлю рыбы или охоту уходило бы много часов. А если учесть, что охотница из меня никакая, то на приготовление еды и обслуживание посетителей попросту не останется ни сил, ни возможностей.
— Я согласен. С проверяющими договорюсь. Значит, сделка?
— Сделка.
Высший щёлкнул пальцами, и на столе появился чистый бланк договора:
— Но с одним условием...
Ёкарный бабай! Вот обязательно было нужно всё испортить, да?!
— С каким?
Мой будущий партнёр улыбнулся, снимая колпачок с золотой перьевой ручки, усыпанной драгоценными камнями:
— Каждый, кто решит воспользоваться услугами, предоставляемыми в данном заведении, будь то приём пищи или съём комнаты, обязан будет заплатить. Сумма недостачи будет прибавляться к долгу.
Я поняла, что в его словах имеется подвох, но не думаю, что тут придётся прыгать выше головы. В конце концов, у меня даже пропуска все сдавали вовремя и в журналах расписывались, не путая строчки.
— Хорошо. Но в договоре подробно укажем, какие услуги могут быть оказаны в таверне в обязательном порядке, а какие — на моё личное усмотрение. Мало ли кому взбредёт в голову, что клиент всегда прав, а потому можно поджечь таверну или устроить марафонский заплыв в подвале. К тому же фривольного обращения не потерплю.
Высший довольно усмехнулся и распростёр руку над договором, в котором тут же начали проявляться строчки. Как только основной текст был готов, ручка сама начала прикасаться к некоторым абзацам, вставляя дополнения вроде согласия на заключения договора аренды или распределения доходов. Окончательную версию договора я перечитывала внимательнее, чем должностную инструкцию, чтобы не пропустить «мелкий шрифт».
— Подписываем?
— Да, — я подвинула текст договора высшему, ожидая, когда тот первым поставит свою подпись.
— Может, дама вперёд?
— Предпочту воздать должное вашему опыту и возрасту. Мало ли расшифровку не в том месте изображу.
На губах высшего промелькнула лёгкая ухмылка, после чего он поставил размашистую витиеватую подпись, начертав вслед за ней своё полное имя. Мне как раз это и было нужно, потому что с учётом моего крупного почерка на листе больше не осталось бы места для дополнительных записей. Как только договор лёг передо мной, высший протянул ручку:
— Теперь твоя очередь, Людмила.