Зато всё из тех же заметок свекрови поняла, что любит таверна. Да-да, у каждой девушки есть свои любимые фетиши. Таверна вот балдела от запаха липы. Поэтому, заварив липового цвета, я принялась протирать полы полученным отваром. С точки зрения дополнительной пользы при уборке — никакой, но почему бы не порадовать ту, которая порадовала меня? Надеюсь, что коленки у эльфов будут болеть долго, напоминая, что не стоит хамить. Я, конечно, тоже не была девочкой-цветочком... Хи, а ведь всё-таки была. До замужества носила фамилию, доставшуюся от отца — Ромашкина. Ох, и наслушалась же за всё своё детство приколов и дразнилок на этот счёт! С тех пор как-то не особо люблю эти цветы. Исключение: в сборном букете из луговых цветов. Колокольчики, ромашки, незабудки, бело-кремовые шапки тысячелистника...
Массируя в очередной раз спину, чтобы немного привести мышцы в порядок, посмотрела на зал. А ведь несколько букетов полевых цветов прекрасно дополнят его и создадут уют. Хотя бы за завтраком. А если ещё и скатерти постелить... А вечером убрать, чтобы не испортили. Не знаю, как тут, а я прекрасно помню, во что превращаются бары и забегаловки после заката. Пулемёт Максим, конечно, на барную стойку не поставлю, а вот скалку под столешницу положу. И ещё толкушку большую. Нашла тут недавно неошипованный аналог палицы Ильи Муромца. Долго думала, зачем такая прелесть нужна была, пока Савáн не подсказал, что такими обычно варево для свиней или коров толкут. Теперь понятно, для чего были загончики на заднем дворе. Жаль, некому поручить будет, если скотину завести. Подохнет. В смысле скотина, а не тот, за кем обязанность закреплена будет. Савáна пока поберегу.
В общем, от размышлений меня отвлекло тактичное покашливание за спиной. От неожиданности я резко выпрямилась и развернулась. Хорошо, что тряпкой мокрой по сусалам «кашлюна» на автомате не врезала.
Ронеральду колоссально повезло. Иначе пришлось бы его с ближайшей стенки соскребать после приданного тряпкой ускорения. Впрочем, зачем соскребать, если проще будет закрасить? И опять же: нет тела, нет дела.
— Простите, что случайно напугал, госпожа Милó, — извинился плотник, отступая на всякий случай назад на пару шагов.
Я вытерла рукой пот со лба и кинула тряпку в ведро:
— Зачем нужно было так подкрадываться? Я чуть инфаркт не получила.
— Да я покашлял... Побоялся, что напугаю, если позову. А то меня жена как-то в схожей ситуации ведром огрела. Только не тем...
— В каком смысле? — я проследила за взглядом Ронеральда, который изучал содержимое моего ведра.
— Ну она до этого курицу в кипятке ощипывала, а ещё раньше полы мыла. Пошла вёдра выносить... То ли пятно увидела и замыть решила, то ли натоптал кто... А тут я... Вот вёдра и перепутала... Неделю потом с красной рожей ходил. Но это ещё что, — махнул рукой, тяжело вздохнув Ронеральд. — Я пух с перьями из волос и бороды почти три дня выбирал да вычёсывал. Рильда категорически отказалась мне в этом помочь, посчитав, что сам виноват. А курица была белой...
Что там дальше сказал плотник, я уже не слышала. Мне достаточно было представить это брюнетистое чудо в перьях, чтобы медленно сползти обратно на пол, загибаясь от хохота так, что даже пресс заболел. А что? Он у меня есть. Просто работает под прикрытием.
Проржавшись от души, я вытерла косой выступившие на глазах от смеха слёзы и отдышалась.
— Прости, обидеть не хотела. Фантазия просто богатая.
Но Ронеральд и сам стоял, пряча улыбку под густыми усами.
— Я сам обычно со смехом рассказываю, просто тут словно заново пережил. Собственно, чего зашёл-то. Кузена моего с его ребятками заказчик уже третий день с ответом мурыжит, а в городе столоваться дороговато. Где подешевле, там невкусно. А парням голодать нельзя, сила в руках убудет. Может, примешь на постой? Хотя бы на денёк-другой... Тебе, Милó, денежка, ребятам еда и кров...
Ага. Денежка. От экономных гномов... Хороший такой «подгон» по дружбе, особенно если учесть условия договора с высшим. С другой стороны... Посетителей нет, никто мешать не будет. Почему бы не попробовать провернуть одну мою задумку?
— Сколько народа примерно ждать?
Ронеральд почесал в затылке:
— С Минральдом обычно работает восемь мастеров. Так что на шестерых точно можно рассчитывать.
Однако ставки повышаются. У Белоснежки было всего семь гномов, а тут бригада из девяти бородатых. Вот дёрнул же чёрт за язык припомнить эту сказочку, когда эльфы притащились! Вот как нарочно.
— Договорились. К какому времени ждать?
Ронеральд обрадовался так, словно врагу не просто свинью подкинул, а её труп, пролежавший на солнцепёке дней пять минимум. Видимо, кузен уже успел его хорошенько достать.
— К ужину будут.
— Отлично! Буду ждать. Привет супруге!
Ронеральд помахал на прощание и чуть ли не вприпрыжку скрылся из виду.
— Савáн! Чисть картошку! Нам ужин на девятерых готовить!
Чёртик высунулся из кухни:
— Госпожа Милó, так речь же о шестерых шла!
Я сменила слугу скептическим взглядом: