Элиар без колебаний полез за пазуху и достал ажурную золотую пластинку в форме треугольника. Неведомый мастер выточил ее с удивительным искусством, каким-то чудом превратив металл в тончайшее кружево заклятий и невесомые узоры вплетенных туда древних рун. Сверху умело наложил защитный контур, да еще и поставил несколько мощнейших охранных заклятий. Танарис отдал колбочку с кровью наследника подгорного трона.
Таррэн, забрав и то и другое, благодарно кивнул светлым и вопросительно оглянулся на воеводу.
— Теперь ты. Отдашь ключ, Урантар? Доверишься мне?
— Нет, — безмятежно улыбнулся Страж, демонстративно убрав под ворот шнурок из кожи горной ящерицы, и невозмутимо сложил руки на груди.
Волкодавы усмехнулись, весомо качнув в ладонях невесть откуда взявшиеся мечи, Гончие и вовсе заулыбались, на что светлые дружно скривились, Молот некрасиво ругнулся, Ирбис с Совой непонимающе нахмурились, а рыжий с Арканом неприлично разинули рты.
— Седой, ты в своем уме?! — возмущенно вскинулся Танарис.
Воевода усмехнулся.
— Я сказал это в прошлый раз и повторяю сейчас: я не сумасшедший. И я не могу вам его отдать.
— Ты же поклялся! Слово дал!
— Да. Но все равно не могу этого сделать.
На лице Таррэна проступило понимание. Он очень кстати припомнил слова короля Мирдаиса в тот памятный день в Аккмале, когда ему пообещали в проводники Гончую, а с ней — еще одного сопровождающего и целый воз неприятностей в придачу. Вспомнил также необычный вечер, когда познакомился с Белкой, едва не лишился правого уха и впервые узрел мимикра на одной из крыш столицы Интариса. После чего мысленно хмыкнул и… повернулся к загадочно улыбающейся Белке.
— Ключ ведь у тебя? Та часть, что перешла людям от светлого владыки… Он ведь у тебя, я прав?
Она забавно наклонила голову, словно не замечая искреннего недоумения спутников.
— Ведь так? — снова спросил темный эльф, осторожно подходя и пристально всматриваясь в ее непроницаемое лицо. — Мирдаис предупредил, что доверит его только одному человеку на Лиаре. Ты отдашь его мне, Белка? Доверишься, как он?
— Гм… А что я буду с этого иметь?
Рыжий неожиданно поперхнулся, Гончие улыбнулись шире, а Дядько вовсе хмыкнул в усы, но Таррэн не обратил внимания.
— А что ты хочешь?
— Я уже сказала: твою шкуру, прибитую над порогом.
Он наконец поймал в глубине зеленых радужек едва заметный теплый огонек и с облегчением улыбнулся.
— Хорошо, она будет твоей.
— Точно? — преувеличенно серьезно уточнила Белка. — А не обманешь?
— Нет. Она будет твоей целиком.
— Что, даже уши? — под нервное хихиканье ланнийца нагло уточнила Гончая.
— И уши, — хмыкнул эльф. — Ладно, отдай. Хватит уже издеваться.
— Я только во вкус вошла!
— Белка…
Она преувеличенно тяжело вздохнула и вытащила на свет божий свой нелепый неработающий «амулет». Ту самую штуковину, безобразное творение неведомого мастера, слепившего из куска глины бездарное нечто, на котором кто-то не постыдился шлепнуть личную печать верховного мага Интариса. Ни ауры, ни магии, ничего примечательного в этой на редкость некрасивой безделушке. Никакого намека на силу, которая исходила от ключа Элиара и даже под тройным слоем заклятий сияла так, что было больно глазам.
— На, вымогатель, — пробурчала Гончая, протягивая Таррэну свое сокровище. — Продаю, можно сказать, за бесценок, потому что твоя шкура этого не стоит. Но я соглашаюсь на эту наглую обдираловку только потому, что слишком давно охочусь за такой редкостью. Вот. Цени мою доброту и гордись теперь до самой смерти!
Никто не успел ни удивиться, ни возмущенно фыркнуть, а Белка уже сжала побрякушку в кулачке и с тихим хрустом раздавила, заставив слой глины осыпаться невесомым прахом. Но когда разжала пальцы…
У эльфов непроизвольно вырвалось восхищенное ругательство: это действительно был ключ. Положенный по статусу светлому владыке, но волею судьбы оказавшийся на хранении у смертных. И он лежал на ее маленькой ладошке, но не лучился магией, будто был абсолютно пуст.
Таррэн с понимающей улыбкой взял последний кусочек ключа и благодарно кивнул. Значит, все-таки верит. Признала его. Проверяла всю дорогу, испытывала, изучала. Но, видно, нашла в нем не только плохое, да еще и простила сходство со своим палачом. И это был самый дорогой, самый желанный подарок за его почти пятисотлетнюю жизнь.
Едва заветный ключик покинул хозяйку и отдалился на один неимоверный трудный шаг, на который потребовалось почти все мужество темного эльфа, все загадки и недоговоренности исчезли сами собой. Ведь на Белку не действовала наведенная магия — это они уже знали. Но рядом с ней также становились неактивными многие волшебные плетения, что и позволило ей безнаказанно пронести через половину Интариса драгоценный артефакт, ни разу не дав никому ни единого шанса догадаться, что он все это время был поблизости. Стоило только руку протянуть.
— Спасибо, — тихо сказал Таррэн, не имея сил оторвать взгляд от мягко мерцающих глаз Гончей.
