— А этот ваш «Малый целебный раствор» вообще конкурентов убил, — с усмешкой добавил Иван, и мы все улыбнулись. — То-то Евдокимов после такого нововведения чуть с ума не сошёл. Деньги терял, как песок сквозь пальцы. Вот и пришёл к нам счёты сводить по старинке.
Я хмыкнул.
— А вот не надо было некачественную продукцию втридорога продавать. Прозрачное стекло всю правду вытащило наружу. Кто хочет максимум эффекта, берёт наш основной эликсир. Кому нужно дёшево, покупает целебный раствор. И всё равно выигрывает, потому что наш «слабый» вариант сильнее, чем у конкурента, а ещё и дешевле.
— Сеть сбыта разрослась, — продолжил Осип, перелистывая страницу, — особенно на фронтире. Благодаря демонстрационным образцам и рекламе целые повозки наших зелий уходят на границу.
— Признаюсь, — Осип слегка смутился, — поначалу я не верил, что это сработает. Но сработало же! Мы захватили рынок сбыта целебных зелий.
Гурьевы переглянулись, на их лицах появились довольные улыбки. Они-то уже знали: я ещё тот рационализатор.
— Отныне, — я твёрдо поставил точку в этом вопросе, — Павлов занимается только поставками. Развивать сеть магазинов больше не будем.
В комнате повисло напряжённое молчание.
— Но как же? — первым не выдержал Иван.
— Так же, как делали это в отсутствие Павлова, — я обвёл всех тяжёлым взглядом. — Нас ждут серьёзные изменения.
Осип насторожился, его пальцы сжали край стола.
— Прошлые изменения пошли лаборатории только на пользу, — осторожно заметил он, потирая подбородок. — Какие будут в этот раз?
Я медленно выдохнул, осознавая, что следующие слова перевернут всё вверх дном.
— Через полгода всё производство переезжает в центральную колонию «Точка».
Эффект был как от разорвавшейся бомбы. Пётр резко поднял голову, Иван открыл рот, а Осип чуть не упал со стула.
— Всё… всё производство? — прошептал он, не веря своим ушам и бледнея на глазах.
— Но как? — вскричал Иван, хватаясь за подлокотники.
— Почему? — добавил Пётр, и в его голосе прозвучало не столько недоумение, сколько тревога.
Видел, как взгляды управляющих метались, пытаясь осознать масштаб предстоящих перемен. И они были неотвратимы. Я всё решил.
— Прежде чем изложу план, ответьте на несколько вопросов. Так будет быстрее и понятнее.
Мужчины за столом переглянулись, но кивнули.
— Осип, начнём с тебя, — я повернулся к нему. — Почему наше производство изначально находится здесь, в водном секторе?
— Потому что в водном секторе много ресурсов, необходимых для производства эликсиров, — ответил он, ни на секунду не задумавшись.
— Верно, — кивнул я. — Но главное — бурые водоросли, да?
— Да, они нужны в огромных количествах.
— А теперь скажи, в каких объёмах мы их завозим сейчас?
Осип почесал затылок.
— После того как вы придумали концентрат, не нужно возить тонны сырья.
— Вот именно! Теперь не нужно тащить сюда тонны сырых водорослей, а только сажу, то есть продукт сжигания.
Я обвёл взглядом присутствующих, убеждаясь, что все понимают.
— И главное, этот метод в разы проще. Нет больше трёхдневной возни с тоннами сырья. А готовый концентрат, — я сделал паузу, — он может храниться годами, пока мы не решим превратить его в целебные эликсиры.
Обвёл взглядом комнату, давая управляющим осознать сказанное.
— Значит, держать всё производство здесь больше не имеет смысла, достаточно небольшой лаборатории, которая будет делать концентрат, — за меня озвучил вывод Осип.
Я кивнул ему и повернулся к Ивану.
— Теперь вопрос тебе.
Второй Гурьев кивнул, немного наклоняясь вперёд, чтобы лучше слышать.
— Что мешает нарастить объёмы производства других зелий?
— Редкие ингредиенты, — Иван развёл руками, — их нужно очень много, а достать…
— А откуда их везут? — перебил я.
— Из разных колоний, но… — Иван замер, затем его глаза расширились.
— Все идут через центральную колонию, — закончил я. — И представь: там под рукой будет Имперский алхимический институт. Лучшие лаборатории, библиотеки, специалисты. Если упрёшься в сложный синтез, можно проконсультироваться с ведущими профессорами. Новые методики, оборудование…
Иван аж привстал со стула, глаза горели.
— Слава четырём! Я смогу… То есть мы сможем…
— Упростить процессы, ускорить разработки, — кивнул я. — И не тратить месяцы на переписку и ожидание ответов от столичных коллег.
— Но вы же сами говорили, что производство на окраине выгоднее! — возразил Иван.
— Выгоднее, — я кивнул, — при массовом производстве одного продукта. Но у нас широкая линейка, и сокращать её нельзя: задавят конкуренты.
Иван задумчиво уставился в потолок, явно представляя возможности.
— К тому же, — добавил я, — в центре проще привлекать талантливых выпускников. Не надо переманивать специалистов за большие деньги, лучшие сами к нам потянутся.
Иван прямо засветился от открывшихся перспектив.
Я перевёл взгляд на Петра Бадаева и почувствовал, как Мотя на моём плече насторожился, уловив смену темы.
— Про металлургию, думаю, и говорить не стоит: литейный цех надо строить ближе к огненному сектору, а не таскать руду через пол-империи, как при отце и деде, — сказал я, наблюдая за реакцией.
