Слуги будут приносить еду и уносить пустую посуду, не задавая лишних вопросов, а ванная комната рядом, так что посижу.
Второе и, наверное, самое важное: Кирилл утверждал, что я могу рассчитывать на его память. По его расчётам, есть большая вероятность, что каждый раз после сна я буду помнить всё больше. Если нет, то имелся план Б: Кирилл вёл дневник с пяти лет.
Решил сразу проверить. Подошёл к изголовью кровати и нажал на обозначенное в письме место. В тот же миг одна из дощечек откинулась, давая доступ к нише. В ней лежала небольшая тетрадка и карандаш.
Пролистал, но это были лишь какие-то зарисовки, словно в руках я держал тетрадь для художеств, а не дневник Кирилла. Но стоило только нажать на корешок, как она превратилась в записную книжку, страницы которой можно перелистывать часами.
Магия в действии.
А ведь хорошая штука.
Я перевернул несколько страниц назад и начал жадно читать: «Третье октября. Судя по расчётам, мне осталось жить не больше недели. Нужно найти подселенца, иначе мать и сёстры останутся без защиты. Эксперимент номер восемьдесят два „Призыв духа из иного мира“ — провален».
Открыл последнюю страницу: «Пятое октября. Артефакта хватит ещё на одну попытку. У меня остался последний шанс. Эксперимент номер восемьдесят три „Призыв духа из иного мира“ —..».
Я взял карандаш и поставил в конце фразы плюс.
Три дня. Три долгих дня я провёл в этой комнате, не выходя за порог.
Теперь, после бесконечных часов, проведённых за изучением дневника прежнего владельца тела, я почувствовал себя уверенно. Каждую ночь, когда я закрывал глаза, приходили воспоминания юноши. Они всплывали, как обрывки снов, но были настолько яркими, что к утру я не мог отличить их от собственных.
Я уже знал, как зовут наших слуг, как они двигаются, разговаривают и относятся ко мне.
Старший лакей — Потап, мужчина лет пятидесяти с седыми висками и строгим взглядом.
Горничная — Машка, молодая девушка с веснушками и тихим голосом.
Повар — Григорий, у него на кухне пахло луком и корицей.
Вспомнил сестёр. Старшая, Варвара — высокая, стройная, с каштановыми волосами и острым языком. Она была немного надменной, но в её глазах читалась забота.
Младшая, Тася — по мне она была совсем ещё ребёнком, с кудрявыми тёмными волосами и голубыми глазами, полными любопытства. Когда была маленькой, она обожала книги и часто просила меня почитать ей перед сном. Сейчас у неё был переходный возраст: Тася стала вспыльчивой, непредсказуемой и очень обидчивой.
Мама — Ирина Владимировна. Женщина с тонкими чертами лица и спокойным взглядом. Она была строгой, но справедливой. Её голос, тихий и размеренный, звучал словно приказ, даже когда она просто спрашивала, как прошёл день.
Я знал, как себя вести, как общаться со слугами и семьёй. Прежний хозяин тела был замкнутым, он редко участвовал в светских беседах, предпочитая проводить время за книгами или в лаборатории деда и отца. Поэтому, когда он говорил, все внимательно слушали.
Теперь я был готов.
Завтра утром выйду в столовую, сяду за стол, поздороваюсь, спрошу, как прошла ночь. Я буду есть, говорить, улыбаться. Они не должны заподозрить подмену.
Закрыл дневник и откинулся на спинку кресла.
Завтра всё начнётся по-настоящему. Завтра я стану им — баронетом Кириллом Павловичем Пестовым.
Проснулся с первыми лучами солнца. Уже четыре дня я начинал своё утро именно так, с рассветом, не желая терять ни минуты. Время казалось драгоценным, а каждая минута без чтения дневника и изучения книг тянулась, словно я бездельничал часами.
Во всём было виновато молодое тело, в котором я теперь жил. Оно быстро отходило ото сна, наполнялось энергией за каких-то четыре-пять часов.
Потянулся. В саду уже запели первые птицы, радуясь лучам солнца, пробивающимся сквозь ветви деревьев. Подошёл к окну, раскрыл ставни настежь. С улицы повеяло утренней свежестью.
Все же в интересное место я попал. На дворе начало октября, а здесь, в центральной колонии империи, ещё тепло, и ничто не предвещает наступления зимы. Сад был окутан лёгкой дымкой утреннего тумана.
К дому шёл по дорожке садовник с двумя работягами, нёсшими какие-то ёмкости. Наверно, удобрения или ещё какая-то химия, может быть, даже магическая. Я махнул ему рукой. Тот поклонился, а рабочие лишь опустили головы вниз. Похвальная работоспособность. Сегодня, когда буду общаться со слугами, надо обязательно отметить садовника.
На мгновение задержал взгляд на спокойном пейзаже. Солнце уже показалось над верхушкой леса. Долго любоваться было некогда. Сегодня мне предстояло впервые выйти к семье за завтраком. Посмотрел на циферблат: у меня в распоряжении ещё больше двух часов. Не терять же это время зря.
Быстро оделся в простую, но аккуратную одежду: тёмные брюки и белую рубашку. Подошёл к книжным полкам. Сегодня я решил сделать исключение и начать день не с чтения дневника Кирилла, а с книги по общей магии. Она лежала на столе, там я оставил её перед сном.
Сел в кресло у окна, открыл книгу, закладкой в которой служило перо. Я остановился на главе о природе магической энергии.
