Таню обаять не удалось, Филипп был еще все-таки очень молод, чтобы произвести впечатление на управляющую гаремом Отца Сити лишь улыбкой и породистой статью. Блондинка не удостоила молодого кентавра приветствием, легко повела бровью, из чего Барсик моментально сделал вывод, что ему пора попрощаться с другом до завтра.
А потом повторился недавний ритуал: душ, макияж, легкая шелковая одежда. Впрочем, рубашки на этот раз Таня своему подопечному не выдала, оставила в тонких ярко-синих шароварах, попрыскала на обнаженный торс косметической субстанцией, от чего белая кожа будто засветилась. Вытащила знакомый баллончик с вкусным, пахнущим мятой и валерианой спреем, но посмотрела на Барсика и убрала флакон обратно в сумочку. Баст разочарованно облизнулся.
Таня взяла юношу за руку и неожиданно привела в комнату к Кевину. Кора находилась там же. Твинсы развлекались тем, что рисовали по обнаженным плечам друг друга серебряными нательными красками. Синхронизм их движений завораживал. Даже Таня замерла на несколько секунд, а потом не терпящим возражений голосом приказала:
- Рисунки немедленно смыть. Кора, ты первая. Твои волосы дольше укладывать.
Твинсы виновато кивнули и вдвоем скрылись в ванной. Барсик посмотрел на Таню. Женщина развела руками.
- Они даже в туалет вместе ходят. Ничего не могу поделать!
Кора вернулась быстро, без лишних вопросов уселась напротив Тани. Барсик внимательно наблюдал, как наносился изысканный объемный макияж, как легкая оттеночная дымка ложилась на кожу вокруг глаз, создавая мерцающий эффект, как удлинялись черные ресницы и брови, а пухлые губы приобретали светло-розовый цвет. Последними точными движениями Таня укротила буйные каштановые кудри Коры, туго затянув их в гладкий узел на затылке, подчеркнув простой прической изящную линию длинной шеи. Когда в комнате появился Кевин, блондинка повторила все свои манипуляции, вплоть до гладкого завязывания волос в небольшой хвост. В результате твинсы стали неотличимы друг от друга. Одетые в такие же, как у Барсика шаровары, но цвета карамели, близнецы поражали совершенством гибких фигур. Таня окинула всю группу довольным взглядом и повела очаровательное трио сначала по знакомому коридору, а потом на другой уровень, и вверх по аэротрубе, туда, где Барсик еще не появлялся.
Над головой простиралось глубокое ночное небо, рассекаемое лазерными лучами светошоу. Вместо потолка – сходящиеся в одной высшей точке прозрачные грани пирамиды.
Они находились в личных апартаментах Отца Сити, на самом пике небоскреба.
Огромная, круглой формы, накрытая темно-синим материалом кровать располагалась точно по центру помещения. Барсик заметил, что вся обстановка претендовала на обозначение «роскошно», начиная от мебели непонятного назначения, но выполненной явно из бесценных материалов, и заканчивая техно-безделушками, безумно дорогими и, по большому счету, бесполезными. Кора и Кевин тем временем изящно и слаженно опустились на колени, и это выглядело, как начало соблазнительного танца.
В комнате появился Отец Сити, облаченный в ярко-пестрое, в стиле богатых жителей пустынь, одеяние, подпоясанное шелковым плетеным шнуром, распахнутое на ослепительной груди с цветным символическим рисунком. Барсик потрясенно сполз на мягкий ковер. В голове было поразительно пусто, лишь кровь шумела в ушах, делая их тяжелыми и чувствительными. Юноша не понял, когда твинсы получили сигнал от Хозяина, но вдруг близнецы одинаково вздрогнули и на четвереньках поползли к постели. Отец Сити расположился на огромном ложе, лениво наблюдая за покорными мулатами. Барсик встрепенулся и медленно направился следом за близнецами. Черный хвост похотливо извивался, щекотно касался бедер. Темный взгляд Хозяина моментально переместился на гибкую фигурку. Предатель-хвост задрожал кончиком, а басту захотелось припасть грудью к ковру, подставить загривок под острые зубы. Теплая волна прошла точно посередине спины, в основании хвоста вдруг дернулся нервный центр, и Барсик чуть не подскочил на ноги от неожиданной острой и сладкой вспышки боли. Кажется, он остановился и унизительно заскулил. Кажется, как-то странно выгнулся, то ли пытаясь спастись от странного ощущения, то ли желая повторить…
