Барсик согласно наклонил голову. Мероприятие плавно перешло в режим общения. Гости собрались группами, обменивались впечатлениями, пробовали вкусные напитки и фрукты. Баст восхищенно наблюдал за Эвой - ей было достаточно окинуть взглядом мечтательных серых глаз азиатского представителя, как мужчина, перекинувшись парой фраз с нервничающим Киу, устремился к супермодели. Эва любезно предложила место рядом с собой. По оживлению на смуглом лице Барсик понял, что азиат весьма заинтересован в беседе. Отец Сити, в своей золотой полумаске, казался совершенно безучастным ко всему, что происходило вокруг. Иногда касался края широкого шелкового рукава нового фаворита и молчал. А вот Киу пылал, бросал нетерпеливые взгляды в середину пространства - туда, где яркие мулаты-близнецы оживленно общались со всеми желающими, смеялись и провокационно обнимали друг друга.
- Киу уже готов, - заметил Филипп. По его нервной светло-серой лошадиной спине пробегала легкая дрожь. Кентавр был заметно взволнован. – Похоже, он жаждет выяснить, как Кора и Кевин попали на мероприятие. Думаю, мы можем начинать.
- Как всё так совпало? – прошептал Барсик.
- Это не происки врагов, - усмехнулся Филипп, заглядывая в тревожные светло-зеленые глаза. – Это подготовка ТиКкея. Как только Киу подойдет к твинсам, я выйду и отвлеку на себя тусовку. Тогда - действуй по своему плану. ТиКкей задержит охрану. У тебя будет от пяти до десяти минут.
- Я успею, - Барсик упрямо поджал губы, провел пальчиком по заветному кольцу.
В это время Киу что-то прошептал на ухо отрешенному Отцу Сити, плавно поднялся с места и устремился к близнецам. Кора и Кевин синхронно помахали ему рукой. Филипп подошел к двери, нажал на клавишу идентификации. И прежде чем пропасть в серебристом облаке, ободряюще улыбнулся другу.
Кентавр появился эффектно. Свет лазерных лучей заставил его белую кожу ослепительно мерцать и переливаться, черный шелк туники обрисовывал мускулистый торс. На выразительном лице играла чувственная улыбка, тяжелые густые волосы отливали сталью. Длинный хвост был чуть приподнят и образовывал красивый каскад, подтверждая чистокровность арабской породы.* По помещению разнеслись восхищенные возгласы. Все внимание сосредоточилось исключительно на новом персонаже.
Барсик сам не заметил, как оказался в зале. Стук сердца, казалось, перекрывал шум вечеринки. Юноша быстро оценил обстановку - посередине зала красовался Филипп, а рядом, собственнически положив холеную руку на бархатистую спину, находилась его Леди. Эва радушно общалась с азиатским делегатом, Кора и Кевин взяли в кольцо осады Киу.
Отец Сити сидел за боковым столиком, положив руки перед собой. Через золотую полумаску было непонятно, куда направлен его взгляд. Барсик оказался чуть сбоку. Все мысли и чувства тут же устремились к любимому Хозяину. Он едва сдерживал желание броситься к нему на шею. Отец Сити медленно повернул голову. Барсика прошила волна яркого интереса к собственной персоне. Юноша не двигался, ожидая реакции. Мужчина поднялся с места, сделал шаг навстречу. Барсик отступил. Шаг назад. Три шага влево. Упругое силовое поле иллюзорной двери отозвалось на прикосновение пальцев.
Мгновение спустя в полутемном помещении появился Хозяин. Провел тонким пальцем по черному камню на своем перстне. Золотая полумаска, такая натуральная и объемная, подернулась дымкой, потеряла очертания, растаяла. Отец Сити с интересом смотрел на Барсика. Баст впился взглядом в родное лицо.
- Я знаю тебя, - Отец Сити подошел совсем близко, прикоснулся прохладными пальцами к подбородку, растерянно провел по черным волосам, за мягкими ушами. Барсик зажмурил зеленые глаза.
- Я чувствую, что скучаю по тебе, - мужчина вдруг зарылся лицом в густые волосы, глубоко вдохнул тонкий аромат парфюма и кожи.
Барсик незаметно поднес ко рту узкую ладошку, зубами отщелкнул камень и слизнул синюю горошинку. Гелевая капсула прилипла к языку. Внутренний таймер начал отщелкивать мгновения. И тут же, моментально, к басту пришло понимание, что у него почти нет времени, ведь разрушение гелевой оболочки было рассчитано на температуру обычного человека. Баст имел на несколько градусов выше. С внезапным приступом страха юноша почувствовал, как горошинка на его языке нагрелась и начала терять твердость.
Отец Сити оторвался от черных волос и, едва взглянув в кошачьи глаза, вдруг приник к ждущим полуоткрытым губам. Барсик чуть не задохнулся от водоворота чувств и напряженности момента. Его юркий язычок осторожно провел по знакомым губам и попросился внутрь. Отец Сити знакомо улыбнулся, углубил поцелуй. Гелевая горошинка сразу оказалась на другом языке, растворилась тягучей сладковатой субстанцией. Барсик вздрогнул в ожидании реакции.
Сильные руки обвили талию, прижали к себе. Отец Сити отпрянул от нежных губ и пристально посмотрел в лицо баста. Янтарные глаза засияли узнаванием.
- Барсик, - тихо сказал Отец Сити.
