Хороший детектив никогда не будет засматриваться на подозреваемого в убийстве. Особенно, если подозреваемый – скандально известный владелец борделя. Про Алистера Хамфри ходило много разных слухов, но даже самые безобидные из них заставляли мои щеки пылать.Меня зовут Саша Забриски и я работаю в полиции, а Алистер Хамфри пытается отвлечь меня от расследования. С самого первого дня он пытается утянуть меня в свое царство греха и порока. И меня как магнитом постоянно тянет сюда, в «Дом лилий».
– Это уже второе убийство рядом с «Домом лилий», – задумчиво проговорил Лестер, а я поморщилась.
Подобные заведения всегда вызывали во мне чувство гадкой неприязни. Люди, торгующие своим телом, люди, покупающие чужие тела. Будь это какие-нибудь напыщенные аристократы, я бы даже не подумала взяться за это дело. Но убитые – две совсем юные девушки, которые непонятно каким образом оказались на улице Дубов,рядом с борделем.
Забросив ногу в высоком черном сапоге на колено, я прикрыла глаза. Через неделю я планировала отправиться в отпуск, на воды. Не пугали даже 18 часов в неудобной карете. Все что угодно, лишь бы выбраться из промозглого, вечно затянутого туманом города.
– Лестер, не знаю. Мне нужна передышка – два года без отпуска.
– Саша, никто другой не разберется в этом деле, ты же понимаешь. Кого я назначу? Макса? Пару недель назад у него вытащили кошелек, пока он стоял, разинув рот, рядом с шарманщиком Хейди.
Я прыснула от смеха, очень живо представив увлеченного звуками шарманки Макса. Хотя на месте Лестера, я бы обратила внимание на Хейди и его инструмент. Мне много раз доводилось слышать о людях, которые оказывались буквально загипнотизированы звуками этой шарманки.
– Макс еще слишком молод, у него все впереди.
– И ему пойдет на пользу, если ты возьмешь его на это дело, – не мигая смотрел на меня шеф полиции, Лестер Коулман.
– Никаких помощников, – замахала я руками. Я всегда работала одна: мне так лучше думалось, легче дышалось и над ухом никто не гудел.
– Хорошо, не хочешь Макса, будешь работать одна, как обычно, – согласно закивал Лестер, а я сдавленно засмеялась. Ну что за человек?
– Лестер…
– Саша, ну тебе ведь самой интересно, не пытайся меня обмануть. У тебя глаза заблестели, как только я рассказал о втором убийстве.
На самом деле мне стало интересно еще после первой смерти – Глорию Кэррингтон нашли рядом с «Домом лилий» пару недель назад. Сначала ее дело передали в другой отдел, так как решили, что это обычное ограбление. Но теперь появились подозрения, что оба преступления как-то связаны с борделем, а серийные убийства попадают к нам. Я глубоко вздохнула.
– Ладно, Лестер, твоя взяла. Пусть Макс принесет мне все бумаги, которые уже есть по обоим убийствам.
Я не стала дожидаться благодарностей или заверений в том, что после расследования получу двойной отпуск, и вышла из кабинета шефа. На несколько секунд я остановилась и устремила взгляд в длинный коридор: потрескавшиеся старые доски и выцветшие портреты прежних руководителей полиции всегда настраивали меня на особый лад. Под размеренный стук сапог я направилась в свой кабинет, перебирая в голове все, что знала о владельце «Дома лилий» Алистере Хамфри.
К тому моменту, как я толкнула тяжелую дверь кабинета, вся официальная информация закончилась. 36 лет, холост, имеет счет в трастовом банке на солидную сумму, происходит из какого-то потрепанного дворянского рода, но своим именем никогда не пользуется. Вот и все. А дальше шел бесконечный ворох слухов и городских баек, самая безобидная из которых та, где Алистер продает душу дьяволу.
Через полчаса улыбающийся Макс хлопнул по моему столу стопкой бумаг, поднимая в воздух небольшое облачко пыли. Я разогнала его рукой, пообещав себе обязательно прибраться на столе в ближайшие дни.
– Саша, я тебе завидую, – многозначительно покачал головой парень, а я вместо ответа приподняла бровь.
– Сам Алистер Хамфри. Он же ле-ген-да, – по слогам произнес Макс.
– И что в нем такого легендарного?
– О. Это… Э-эм… – парень стушевался и озадаченно потер бровь. – Вообще-то, дамам не стоит такого рассказывать.
– Кхм-кхм, – я показательно откашлялась, сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула. – Если ты вдруг пропустил этот момент, Коулман назначил меня на дело. Мне все равно придется провести много часов, копаясь в грязном белье господина Хамфри, так что будь любезен, Максимилиан.
Макс опустился на стул с противоположной стороны стола и наклонился ко мне, предварительно бросив осторожный взгляд за спину.
– Поговаривают, что он может соблазнить любого… в смысле любую… ну и… любого… тоже, – совсем засмущался Макс, а я всё же не выдержала и расхохоталась.
Эти дурацкие байки я, конечно, тоже слышала, но никак не думала, что люди относятся к ним настолько серьезно. А Хамфри, похоже, тот еще фрукт: буквально за несколько лет умудрился создать вокруг своей персоны такой флер загадочности, что люди готовы поверить в любую чушь о нем.
– А по делу что-нибудь есть?
Парень покраснел, но быстро взял себя в руки и раскрыл одну из папок.
– Три человека, незнакомых между собой, заявили, что у господина Хамфри весьма… – Макс снова споткнулся, – специфические вкусы в постели. Есть основания считать, что он мог, скажем так, увлечься.
Все веселье как рукой сняло. Богатенький извращенец, владеющий борделем – это как раз то, чего мне так не хватало перед отпуском. Я потерла лицо ладонями и махнула Максу рукой.
– Ладно, иди.
