Ничего особенного у них не наблюдалось. Плетеные щиты, обтянутые кожей. Копья с костяными наконечниками. Да дубинки малые на поясе…
Поселение Беромира находилось в Посожье. На севере так называемой Почепской археологической культуры, которая характеризовалась чересполосицей поселений славян и балтов.
С востока, с севера и с северо-запада они были окружены доминирующим массивом балтов. Среди которых, чем дальше от этих земель, тем меньше встречались славяне. Такое странное заселение было связано с тем, что примерно век назад люди, говорящие на праславянском языке, под давлением сарматов ушли на север вдоль Днепра.
Не все.
Большая часть старого населения осталось там, где жила, оказавшись под рукой сарматских племен: роксоланов и языгов. Отчего не просто платила дань, как свои ушедшие сородичи, но и полностью, всецело находилась под властью захватчиков.
Еще одна группа поднялась по Припяти, прячась в болотах от кочевников. Имелись и такие ребята, что вообще ушел на среднюю Волгу, живя там в полной изоляции. Окруженные со всех сторон угро-финнами. Да и сбежавшим на Припять тоже жизнь малиной не казалась: с запада их подпирали гёты, медленно мигрирующие на юг — в междуречье Днестра и Днепра. Ставя их словно бы между Сциллой и Харибдой, то есть, сарматами и гётами.
Ситуация выглядела сложной.
В чем-то даже отчаянной.
Ведь получалось, что основная часть славян находилась под пятой сарматов. А остальные сидели в обстановке близкой к изоляции, обложенные ко всему прочему данью, проблемными соседями, да еще и подвергающиеся регулярным набегам.
Жесть.
Ужас.
Мрак.
Тем занятнее было то, что пришедшие к ним набежники, судя по всему, поднялись с юга. И являлись представителями одного из тех славянских родов, который остался на землях праотеческих…
— Какой же он все-таки гнилой человек, — покачал головой Беромир, помянув мысленно Арака. — Нашел кого посылать…
Гости его слов не услышали, а никто из своих переспрашивать не стал.
Не до того было.
Большинство из них испытывали страх. Местами даже парализующий. Ведь вон сколько врагов привалило. Намного больше, чем их самих. Считай вдвое. И все как на подбор — не юные дарования, а вполне сложившиеся мужчины…
— Дротик, кладь. — рявкнул ведун.
И все его ребята, загодя переставив копье с пилумом под левую руку, чтобы придерживать, вытащили дротик из колчана и наложили его на атлатль. Не столько осознанно, сколько на автомате. Пусть и с определенным волнением и неаккуратностью движением. Сказались тренировки.
Тем временем гости, увидев нехорошее движение, пошли вперед.
— Вы кто такие⁈ — крикнул Беромир.
Они проигнорировали его слова.
Просто молча перли вперед
— Еще шаг и мы атакуем!
И снова тишина в ответ.
— Товсь! — рявкнул Беромир. — Первый бей. Второй бей.
И двадцать две «плюмбаты» улетели в гостей.
В две волны — с поочередно с обоих рядов.
Пирамидки наконечников легко пробивали вскинутые плетеные щиты гостей. Но, в отличие от пилумов, углублялись недалеко. Просто входили на две трети ладони. И все. Кого-то таким образом задели через щит. Но в целом — обошлось.
А вот тем, кто «поймал» дротик не щитом, повезло меньше.
Парочка рухнула как подкошенные, получив «подачу» в череп. Еще пятеро взвыли, упав на землю. С «плюмбатой» в ноге особенно не попрыгаешь. Один так и вообще — захрипел и забулькал, схватив гостинец шеей.
Тем временем ведун вновь скомандовал:
— Дротик, кладь! Товсь!
И вновь гостей накрыло двадцать два дротика.
Шагов с сорока.
Отчего на земле уже оказалось с десяток человек.
Казалось бы, всего четверть. Но эти гости не были воинами. И для них такие потери на психику давили очень страшно[1].
Вот они и замерли.
А пару секунд спустя — попятились назад. Стараясь сбиться покучнее и получше закрыться щитами.
— Первый — бей! Второй — бей!
И третий залп дротиков накрыл этих набежников. Хотя и собрал урожай пожиже. Очень уж они осторожничали.
— Шагом. Вперед. Ступай! — рявкнул Беромир. Сразу после того, как его ученики по его команде убрали атлатли и перехватили копья с пилумами в правую руку.
Двигались ровно.
Как на тренировках.
Вон и паренек в барабан застучал. А перед тем сам Беромир выкрикивал:
— Раз-два! Раз-два! Раз! Раз! — задавая ритм.
Раненые, кто мог, расползались. Стараясь просто не попасться под ноги этим ребятам. Тяжелые и убитые, понятно, оставались на месте. И когда через них проходил отряд, он контролировал их подтоком копья. То есть, добивал.
На всякий случай.
Как Беромир и учил.
От греха подальше. А то еще такой раненый «восстанет» за спиной — и бед не оберешься. Мало ли? Может, он просто шокированный. Очнулся. Вскочил. И в атаку. Учитывая небольшие контингенты — страсть. Даже один мог развалить строй, приведя отряд к страшному поражению и гибели.
