Отправившись в глухую деревню на отдых, подруги даже не догадывались, что их подстерегают ужасные события. Смерть, мир мёртвых и… любовь.
Жёлтая дорога бежала пыльной лентой и, сделав резкий виток, исчезала за поворотом. Зной накатывал волнами, над полями зависло дрожащее марево, и запах диких цветов стал ещё сильнее. Две девушки еле передвигали ногами, изнывая от жары, и по очереди обмахивались газеткой, купленной в поезде.
— Это что, погост? — Ленка остановилась и вытерла влажный лоб. — Дорога в деревню идёт через кладбище?
— Ну да. Справа уже хоронить негде, поэтому и перенесли его на другой край дороги, — ответила ей подруга. — Вот и деда здесь похоронят…
— Не переживай… Пришло его время… — Ленка погладила подругу по спине. — Он прожил долгую и хорошую жизнь, Алла.
— Я понимаю…
Жужжали насекомые, пахло старой краской и еще чем-то таким, чем пахнут только кладбища. В траве сновали изумрудные ящерицы и было очень тихо.
— Страшно даже разговаривать, — шепнула Ленка, — чтоб покой не нарушить…
— Значит не разговаривай, — прошептала в ответ Алка, — мне в таких местах всегда некомфортно… Давай ускоримся….
Дом деда был высоким и каким-то статным, как и сам хозяин. Чисто вымытые окна сияли под лучами солнца, на подоконнике умывался черный котёнок, и всё выглядело спокойно и размеренно. Гроб уже вынесли на улицу, и тихий плач тревожил душу.
Девушки приблизились к покойнику, Ленка погладила деда по пожелтевшим от прикосновения смерти рукам.
— Дедуля…
— Здравствуй, Лена… — раздался за её спиной тихий голос, и девушки повернулись.
— Здравствуйте, Варвара Матвеевна…
— Ушёл от нас хороший человек… Прожили мы с ним душа в душу, после того как бабка твоя умерла, ни много ни мало семь лет. А теперь одна я осталась…
— Мне жаль… — пробормотала Ленка, не зная, что сказать этой пожилой женщине.
— Дед дом тебе завещал, так что владей.
— Не нужен он мне. Живите вы в нём.
— Спасибо, Лена, мне единственная память о Лёвушке осталась, — женщина заплакала и упала на грудь мертвеца, тормоша его с причитаниями и криками. — Ой, очнись! Ой, да встань же! Пойдём домой, пойдём!
Её с трудом оторвали от гроба, и четверо дюжих мужчин понесли его из двора. Толпа провожающих медленно пошла за ними.
— Поздно я приехала… — Ленка виновато опустила голову. — Мне стыдно…
— Не кори себя, — сказала Алка, — дед знал, что ты любишь его…
Они замкнули толпу людей и вслед за всеми пошли в сторону кладбища.
Запах разгорячённой травы смешивался с запахом влажной глины, которую комьями выкидывали из коричневой ямы копщики.
Варвара Матвеевна посмотрела по сторонам и вдруг протяжным голосом крикнула:
— Ну, прими, хозяин, жильца нового! Не обижай! Пусть покоится с миром на твоей земле!
— Кому это она? — удивлённо шепнула Алка. — К кому обращается?
— Не знаю…
— К Хозяину кладбища, — ответила стоявшая рядом бабулька. — Сначала нужно его попросить, а потом только покойника хоронить.
— А кто это, Хозяин кладбища? — Ленка оглянулась по сторонам и пробежала глазами по толпе.
— Не найдёшь ты его, — ухмыльнулась бабка. — Он невидим для людей…
— Что?? — Алка скептически глянула на неё. — Как это, невидим?
— Всё. Тихо. Балаган на похоронах развели! — шикнула на них бабка и отвернулась.
— Сама начала, а теперь — балаган… — буркнула Алка. — Странная…
— Принял новенького? — вяло спросил крупный мужчина с тёмными, как ночь, волосами. — Скукота… Ни тебе ужасных трупов, ни расчленёнки. Так, рутина…
— Не говори, — так же вяло ответил второй. — Меня лень одолела совсем…
Он оттолкнулся от железной оградки и взъерошил свои и без того торчащие волосы.
— Пойду я.
— Я с тобой, а не то совсем от скуки чокнусь.
— Пошли…
Ленка кинула последний ком земли в могилу и отошла, кивком показывая Алке следовать за ней.
— Ты чего?
— Не хочу со всеми идти. Пусть пройдут, а мы следом, — Ленка зашла за куст сирени и вдруг увидала смотрящие на неё из изумрудных листьев глаза.
— Тьфу ты, напугал! — воскликнула она и обернулась к Алке. — Нормально вообще?!
— Не ори на кладбище! — прошипел из кустов стоявший там мужчина и выбрался на свет Божий.
— Никакого уважения! Хам! — снова воскликнула Ленка. — Ты как с женщиной разговариваешь?!
— Может, ты маньяк какой? — Алка придвинулась ближе к подруге.
— Мань… кто? — переспросил мужчина. — Это вы — хамки и горлодранки!
— Что за балаган? — девушки услышали ещё один хриплый мужской голос. — Потише!
Подруги испуганно посмотрели назад и рванули в сторону.
— Да вы что, издеваетесь?! — прошипела Ленка, отойдя на приличное расстояние от двух незнакомцев. — У вас принято людей пугать?!
— Нечего шляться по кладбищу, чтоб не пугаться, — огрызнулся один из мужчин. — Идите домой.
— Вот только командовать не надо! И вообще, кто вы такие? — Алка пристально осмотрела подозрительных типов.
— Лена! Лена! — голос Варвары Матвеевны пронёесся над кладбищем. — Вы где?!
Девушки на минуту оглянулись, но, повернувшись обратно, не обнаружили тех наглых типов, с которыми разговаривали секунду назад.
— Они, что, сквозь землю провалились? — Алка посмотрела по сторонам, но, кроме серых крестов и треснувших надгробий, ничего не увидала.
