– Ты сказала Рорику, что я взял тебя пять раз?! Пять раз? И вдобавок еще спросила, достаточно ли это или нет? И поинтересовалась, устают ли мужчины вообще?
Чесса уставилась на свои башмаки, потом робко подняла на него глаза.
– Да, – пролепетала она испуганным тоненьким голоском, чертя по земле носком башмака.
– О боги, перестань сейчас же! Твое притворство меня не обманет. Смотри мне прямо в глаза и, если уж хочешь смеяться надо мной, смейся вслух, а не про себя.
– Ладно, – и она широко улыбнулась, отбросив всю свою напускную скромность. – У бедняги Рорика челюсть отвисла чуть ли не до земли. Он все задавал мне вопросы об одном и том же. Правильно ли я сосчитала? Хорошо ли я понимаю, что это такое – пять раз за одну ночь? Пять отдельных раз с промежутками между ними? По-моему, для него это было очень важно.
Клив все еще видел перед собой озадаченное лицо Рорика: тот был явно удивлен, что его друг способен на такую прыть. Он тяжело вздохнул:
– О боги, что за день! Мужчины только об этом и говорят. Ты ведь не рассчитывала, что Рорик будет помалкивать, не так ли? Разумеется, не рассчитывала. – Клив опять вздохнул и запустил руку в свою золотистую гриву. – Я поступил с тобой как свинья, взял тебя едва ли не силой, а потом заснул. Вот и все, а ты…
– Ну и что с того, Клив? Я рада, что ты желал меня настолько сильно, что не смог обуздать свое нетерпение. Не могу поверить, что ты сказал Рорику и остальным, что будто бы не оправдал моих надежд. Это вздор. Ты сделал мне больно, это правда, но боль не была сильной. И я жду не дождусь вечера.
Кливу захотелось как следует встряхнуть ее, чтобы вбить хоть немного здравого смысла в ее шальную голову, но вместо этого он только глухо зарычал – ни дать ни взять Керзог, когда у него пытаются отобрать кость, – повернулся на каблуках и пошел прочь.
Вечером, после того как все поужинали жареной селедкой, ржаным хлебом, пропитавшимся жиром запеченных фазанов, самими запеченными фазанами, а также тушеным луком и капустой и запили все это несравненным медом Утты, Ларен встала и откашлялась. Все тотчас повернулись к ней, вытянув шеи, чтобы лучше слышать увлекательную историю, которую она сейчас расскажет. Даже Керзог насторожился, что было достойно удивления, поскольку за сегодняшний вечер он съел больше, чем трое голодных мужчин, и от сытости его совсем развезло.
– Я расскажу вам историю, – начала Ларен. Послышались одобрительные крики, после чего все смолкли, и в доме воцарилась полная тишина. Слушатели ждали, затаив дыхание.
– Я расскажу вам об одном мужчине, который далеко превосходил всех других мужчин, однако не желал, чтобы кто-либо узнал о том, что он обладает мощью, которой нет равных. Он предпочитал молчать и никогда не бахвалился и не кричал всем и каждому, что ему дано то, чего не дано другим. Его считали человеком добрым и уравновешенным, хорошим другом, но никто не догадывался о его великом даре.
И вот случилось так, что этот мужчина взял в жены женщину из очень знатного рода. Он вовсе не собирался жениться на ней, но она хотела заполучить его в мужья, и, поскольку она умела добиваться своего, в конце концов они поженились. В первую брачную ночь он возлег с нею на ложе и овладел ею пять раз, прежде чем занялся день и рассветный туман растаял под лучами солнца.
– Прекрати, Ларен! – завопил Хафтер, осушив кубок меда. – Я этому не верю. Я еще никогда не брал Энтти больше чем три раза за ночь.
– Не может быть, чтобы он сделал это пять отдельных раз, то есть пять раз с промежутками, – сказал Рорик. – Чесса, просто-напросто не знает, как надо правильно считать. Она ошиблась, только и всего. В конце концов она ведь была невинной девушкой, так где же ей было разобраться в таких вещах?
– Да нет же, я во всем отлично разобралась, – воскликнула Чесса. – Перед тем как мы начали, Клив мне все объяснил. Он сказал, что доставит мне неизъяснимое наслаждение. Еще он сказал, что, поскольку я девственница, мне поначалу может быть больно, поэтому он будет со мною очень бережен, пока я к нему не привыкну.
– Уверен, Клив просто заговаривал ей зубы! – заорал Меррик. – Он мне как брат и врет не хуже моего. У меня научился!
Ларен подняла обе руки;
– Перестаньте, ведь все это просто история, которую я выдумала, чтобы вас потешить.
Она низко опустила голову, чтобы скрыть широкую ухмылку, и продолжила:
– Он любил ее пять раз и каждый раз был прекрасен, ибо он был великолепный любовник и дарил ей все свое умение, всю свою нежность. Он говорил ей ласковые слова и восхвалял ее красоту и необоримую притягательность ее плоти для его плоти. Да, он оказался таким мужем, о котором грезит каждая женщина. И… О! Как же он был нежен со своей молодой женой, потому что знал – она никогда еще не была с мужчиной и не знала, каково это – быть женой. И после каждого раза, заметьте – после каждого отдельного раза, оба они лежали в блаженном оцепенении, удовлетворенные и счастливые, однако спустя некоторое время страсть их снова разгоралась, и они опять предавались любви.
