Спокойная жизнь прекрасной Мираны внезапно резко изменилась. В селение ворвались викинги, и она оказалась пленницей их отважного предводителя Рорика, хозяина Ястребиного острова. Но очень скоро Рорик осознает, что сам оказался в плену… собственного сердца. Теперь могущественный викинг не остановится ни перед чем, чтобы завоевать любовь Мираны и разжечь в ее душе ответную страсть.
Повернувшись лицом к двум своим воинам, он приложил палец к губам. Стараясь ступать бесшумно, они по широкой доске перебрались через глубокое ущелье. Подобная мера предосторожности была совершенно излишней. Ночное небо то и дело озарялось вспышками молний, оглушительно грохотал гром, сотрясая земную твердь. Из-за сплошной стены дождя уже в двух шагах ничего не было видно. Несмотря на разбушевавшуюся стихию, он точно знал, что делать. Все шло по продуманному плану. Он жестом подбодрил следовавших за ним Хафтера и Скуллу и довольно улыбнулся.
Эйнар был в крепости. Рорик ни на мгновение не сомневался в этом. У него были точные сведения. Полученная от Аслака записка была отправлена всего неделю назад. Рорик не поверил ни одному слову этой ведьмы, которая взобралась на стену крепостного вала и закричала, что Эйнар отправился в Дублин, к королю. Эта чертовка наверняка была его девкой и лгала, чтобы уберечь своего господина.
Наконец Рорик с людьми добрался до маленькой задней двери. Она оказалась очень прочной и легко могла выдержать атаку тараном. Аслак обещал оставить ее незапертой. Рорик толкнул дверь, она отворилась. Чуть повернувшись, он жестом повелел воинам приблизиться. Они бесшумно выполнили приказ.
Рорик вытащил нож и скользнул внутрь. Неожиданно позади себя он услышал раскатистый мужской голос:
– Хватайте его! Ему некуда деться! Он нужен мне живым!
Оглянувшись, он увидел трех воинов, перебиравшихся по перекинутой через ущелье доске.
Рорика охватила ярость и неукротимая жажда крови. Перед ним в боевом порядке выстроилась дюжина вооруженных воинов, но это не охладило его пыл. Он решил, что ни за что не отступит, хотя он мог легко уничтожить троих находившихся над ущельем воинов. Нет, он должен идти только вперед. Среди выстроившихся перед ним мужчин должен был быть Эйнар, которого Рорик никогда не видел. Он выкрикнул свое имя, оскорбляя соперника, называя его трусом и убийцей, провоцируя на поединок.
– Эйнар! Эйнар!
Воины лишь теснее сплотили ряды, угрожающе подняв мечи и прикрывшись щитами. Рорик яростно зарычал, проклиная небеса. Они защищали Эйнара, прикрывая его своими телами.
Подняв над головой меч, он неустрашимо ринулся в гущу людей. Кровь бешено стучала в висках. Воспаленный мозг приказывал убивать. Рорик неистово рубил направо и налево, прокладывая себе путь через окружавших его плотным кольцом воинов. Эйнар должен был быть где-то рядом, прячась за спинами воинов. Он найдет его во что бы то ни стало и пронзит горло мечом. Один за другим раздавались вскрики раненых. Это лишь сильнее распаляло Рорика.
– Эйнар! – яростно рычал он.
Позади снова раздался все тот же властный окрик:
– Не убивать его!
Множество рук вцепились в Рорика и швырнули на колени в грязь. Защищаясь мечом, он отбросил щит и, выхватив нож, тут же глубоко ранил в ногу одного из воинов. На мгновение его выпустили, и он проворно вскочил на ноги, сжимая в одной руке нож, а в другой окровавленный меч. Он дико закричал, извергая проклятия. Даже сквозь плотную завесу дождя было видно, как демонически блестели его налитые кровью глаза. Он был ослеплен жаждой мести. Очередной раскат грома сотряс землю. Воины невольно отскочили назад. Затем образовали вокруг Рорика плотное кольцо и бешено понеслись по кругу, меняя направление всякий раз, когда он пытался вырваться.
Чуть поодаль, внимательно изучая противника, стоял возглавлявший вражеский отряд Гунлейк. Люди Рорика были схвачены и брошены в темницу. Оба были легко ранены. Это произошло по чистой случайности. Они были сильными и смелыми воинами. Один из них, почти семи футов ростом, упал точно подкошенный, когда Айвар ударил его по голове тыльной стороной боевого топора. Другого скрутили, когда, поскользнувшись, он упал в грязь. Сразу четверо навалились на негр, нанося удары рукоятками мечей по голове. Мгновенно оценив ситуацию, Гунлейк понял, что с их предводителем справиться будет не так просто. Он ни за что не сдастся живым и не позволит захватить себя обманом. Четверо из людей Гунлейка уже катались по земле, крича от боли. Несмотря на это, Гунлейк был далек от мысли убить чужака.
– Не убивать! Отойдите от него! – закричал он.
Но воинов было трудно остановить. Они жаждали крови. Пора было принимать срочные меры. Еще немного, и они растерзали бы противника в клочья.
Гунлейк решительно выхватил из-за пояса нож. Медленно, четко выверенным движением он поднял его над головой и хладнокровно прицелился. Когда враг повернулся к нему лицом, он метнул в него нож. Серебряная рукоятка тускло мелькнула под проливным дождем. Точно рассчитанный удар пришелся в правое предплечье. Это было довольно серьезным ранением.
От удара Рорика отбросило назад. Он вздрогнул, но не упал. Это ожесточило его, и он с криком бросился на одного из воинов, но движения были уже не так точны. Заметив, что Рорик ранен и немного ослаб, противники поубавили свой пыл.
