- Любое занятие? - Занила перевернулась на четвереньки и подползла поближе к Ледю. Тот коротко хохотнул в ответ на улыбку, играющую на ее губах, но все же выставил руку вперед, заставляя Занилу остановиться. - Сильные эмоции вызывают неконтролируемый выброс энергии особенно у молодых оборотней, которые еще недостаточно хорошо контролируют себя. Мой отец вряд ли поблагодарит меня, если мы разнесем его дом по камешку! - Занила вновь опустилась на постель. Ей однозначно нравилось сожаление, плескавшееся во взгляде Ледя. - Так что, на плац тренироваться! - закончил он. И в качестве наглядного примера встал с кровати, при этом, правда, чуть не запутавшись в покрывале. Занила схватила одну из подушек, валявшихся в изголовье постели, и запустила ей в него. Ледь с легкостью увернулся. А ей на секунду показалось, что он с трудом удержал себя, чтобы прямо здесь не перекинуться в громадную кошку, не поймать эту подушку зубами и не вытрясти из нее целую облако пуха. Он учил ее наполнять кружево энергией, но может быть, и ему самому досталась какая-то часть? Определенно, им обоим сейчас нужно что-то потяжелее подушек, например, пара увесистых хоть и деревянных мечей!
Занила и Ледь вышли из дома и направились к плацу, на котором обычно тренировались боярские гвардейцы, правда, сейчас здесь было абсолютно пусто. Как и в доме. Как и вообще в поместье! Когда они обходили казармы, также не подающие признаков жизни, Занила не выдержала и спросила:
- Есть здесь вообще хоть кто-нибудь кроме нас?
- Шестеро гвардейцев, те, что мои, а не моего отца, - пожал плечами Ледь, словно его удивил такой вопрос. - И еще одна женщина-служанка.
- А где они все тогда?
- Служанка на кухне, а гвардейцы поделены на смены. Те, кто прямо сейчас не отдыхает, охраняют периметр поместья.
Занила предпочла удовлетвориться таким ответом и не спрашивать, почему они сами не занимаются тем же: а то ведь можно дождаться, и Ледь решит, что лучший вид тренировки - это полдня, проведенные в дозоре!
Когда они подошли к плацу, она сразу же направилась к деревянному сарайчику, в котором хранилось тренировочное оружие, намериваясь найти для себя что-нибудь. Вообще-то выбравшись из кровати, Занила с удивлением обнаружила свою гвардейскую форму, сложенную аккуратной стопкой, а на ней - ее ножны с кинжалами. Не дожидаясь, пока она спросит, Ледь пояснил, что одежду принесла служанка, в обязанности которой входила ее стирка, а за оружием сходил уже он сам. Форму Занила проигнорировала, предпочтя свое прежнее платье, а вот ножам искренне обрадовалась. Она могла бы поблагодарить Ледя, но вместо этого просто застегнула ремни ножен: одни - на бедре, вторые - на лодыжке правой ноги. Если Ледь поступил так, он и сам прекрасно знал, как важно для нее оружие: просто чувствовать его своей кожей, даже если вовсе и не собираешься применять. Вопрос в том, что еще он успел узнать о ней?
А в каморке было непривычно просторно. Заниле потребовалось какое-то время, чтобы понять: деревянного оружия стало значительно меньше. Похоже, боярин Родослав и его гвардейцы перебрались в Годрум надолго, если забрали с собой даже мечи для тренировок. Сама она, как всегда, выбрала для себя длинный шест. К счастью, его никто не унес - таких любителей, как она, больше не было! А Ледь остановился на более традиционном мече, широком, средней длины. Они вернулись на плац, разошлись на несколько аммов друг от друга и замерли, правда, совсем не надолго, уже в следующую секунду сорвавшись в движение. В конце концов, они ведь именно за этим и пришли сюда!
Занила бросилась вперед, мгновенно сократив разделявшее их расстояние. Перехватив шест двумя руками за середину, она обрушила на Ледя целый каскад ударов, но тот даже не подумал отступить. Деревянный меч в его руке мелькал с такой скоростью, что движения сливались в один смазанный мутный силуэт. Никогда раньше Занила не смогла бы угнаться за такой скоростью, а сейчас она словно и вовсе не замечала ее! Дыхание оставалось ровным, руки уверенно сжимали гладко отшлифованное дерево, а тело просило еще: еще быстрее, еще больше!.. Энергия, наполнившая ее кружево, казалось, и не думала кончаться. Она выплескивалась через край в каждом движении, в каждом ударе. Его, так же как и ее... Разве деревянные мечи могут рассекать воздух с таким же свистом, как сталь?
Меч Ледя сверху вниз обрушился на Занилу. Он метил ей прямо в лицо, словно на самом деле хотел разрубить голову. Но она не собиралась позволять ему так быстро закончить их игру. Шест, развернутый горизонтально и выставленный перед грудью, принял и остановил удар. Твердая древесина содрогнулась и застонала, протестую против такого обращения. Ледь, чье лицо оказалось всего в тефахе от лица Занилы, не стал дожимать, преодолевая ее сопротивление.
