Народ тут же взревел, еще бы, вряд ли кто-то из них видел, как княжич на кулаках дерется, одно дело дуэли на магии или на честной стали, и совсем другое вот так, до кровавых соплей.
Долгоруков медленно шел в сторону ринга, княжич явно был в боевом трансе, он смотрел прямо на меня, не отводя взгляд. Когда же он забрался на ринг, в клубе мгновенно затихли все, явно ожидая, когда начнется бой.
— Саня, кажется, все вышло из-под контроля, — худой протянул пузатому телефон. — Несколько аристо слили в сеть видео с боями этого Бестужева, сеть гудит.
— Так это же хорошо, — толстяк улыбнулся. — А теперь, когда Семен Андреевич признал, что клуб принадлежит ему, мы можем не бояться проблем. Одно дело мы, простые люди, и совсем другое — княжич Долгоруков. Уровни разные, так что нас теперь точно никто не тронет.
— Как бы мы об этом не пожалели, — худой покачал головой. — А что, если этот дворянин свалит княжича? Что мы с этим делать будем?
— А нам какое дело? — толстяк бросил на своего товарища удивленный взгляд. — Это разборки аристократов, мы тут каким боком? В общем, не забивай себе голову, просто делай свою работу, и все будет хорошо. Прибыль за сегодня и так превысила все, что у нас было до этого, даже после того как мы отдадим долю княжичу, у нас останется в районе миллиона. Миллиона, ты понимаешь, насколько это много? А ведь это всего лишь один вечер!
— Бой! — команда распорядителя прозвучала, и я тут же ринулся в атаку.
Семен явно кое-что умел, но ему было далеко до тех бойцов, которых я сегодня прошел. Долгоруков тут же ушел в защиту, я же провел короткую комбинацию, работая по ногам. Один из ударов явно отсушил ему левую ногу, но княжич не подал виду, хотя ему явно было больно. Семен попытался контратаковать, но куда там. Пропустив его неуверенный прямой мимо, я отработал по его корпусу, и когда Долгоруков скрючился от боли, нанес добивающий удар в голову. Я целился ровно в то же место, куда ударили Арсения, удар в челюсть получился что надо. Кровь брызнула на меня, на канвас, и княжич Долгоруков рухнул, не в силах удержаться. Он еще был в сознании, однако распорядитель выкинул белое полотенце, что означало, что бой завершен. Рев зрителей был настолько оглушающим, что я не сразу понял, что произнес мужик в блестящем костюме, так что ему пришлось повторить.
— Ваше благородие, вас хочет увидеть князь, — он кивнул в сторону ложи, где я увидел мужчину лет пятидесяти, похожего на Семена.
Он смотрел на меня тяжелым взглядом, и я понял, что просто так мы сегодня не уйдем из этого клуба. Твою ж налево, а ведь все так хорошо начиналось!
— Добрый день, ваше сиятельство, — зайдя в ложу, я коротко поклонился и бросил взгляд на растерянного Арсения, который сидел на кожаном диване и явно не понимал, что тут происходит и как тут оказался сам князь Долгоруков.
Отец Семена выглядел внушительно: широкие плечи, волевое, словно вырубленное из камня лицо, одет с иголочки, весь его внешний вид буквально кричал о его родовитости и богатстве. А еще он явно был архимагистром, его сила давила так, что колени подгибались. Пришлось укрепить свой барьер, прогибаться даже перед целым князем я не собирался.
— Добрый день, Алексей, — спокойно произнес Долгоруков, — мы с вами не знакомы, однако я слышал о твоем ныне погибшем роде, а мой отец даже вел дела некоторое время с последним графом Бестужевым.
Я молча смотрел на него, ожидая продолжения, вряд ли Долгоруков пригласил меня сюда ради того, чтобы сказать это, мы слишком разного полета птицы пока что.
— Я наблюдал за твоим боем с моим сыном, — тем временем князь продолжил, — не могу сказать, что результат меня радует, однако этот урок пойдет на пользу Семену. И все же ты поднял руку на представителя княжеской семьи, являясь при этом обычным дворянином. Что ты можешь сказать в свое оправдание?
О как. Интересное начало, боюсь даже предполагать, что будет дальше. Князь-то явно настроен на конфликт, однако если он думает, что сейчас я прогнусь, то сильно ошибается.
— Ваше сиятельство, это был честный бой, о котором мы договорились с вашим сыном, — я пожал плечами, — и хоть предложение боя исходило от меня, но ваш сын сам дал согласие на этот бой.
— И что же тебя сподвигло на такое предложение? — Долгоруков вроде бы говорил спокойно, но я уловил нотки раздражения в его голосе.
— Несправедливость, князь, — спокойно ответил я, — ваш сын поставил против моего друга противника на уровень выше. Да, возможно, он не сильно разбирается в этом вопросе, однако же сам Семен во всеуслышанье заявил, что этот клуб принадлежит ему и этот турнир тоже под его ответственностью. Я же просто исправил недоразумение, и больше ничего.
