— Ну вот, совсем другое дело, — Арсений показал мне большой палец, а я еще раз глянул на себя в зеркало и тяжело вздохнул.
Надо признать, что выглядело всё это неплохо, вот только всё равно мне это не нравилось. Неудобно, слишком вычурно, нет, явно не моя одежда.
— Думаешь, такое подойдет для встречи с князем?
— Знаю, — Арсений кивнул, — не забывай, я вообще-то сын графа и обязан разбираться в такого рода вопросах. Мы берем, мастер, — он глянул на седого портного, и тот расплылся в довольной улыбке. Ну еще бы он не был доволен, костюм стоит восемь тысяч.
Расплатившись со стариком, я забрал чехол с костюмом, и мы пошли дальше. Арсений заставил меня купить еще дорогие туфли, какие-то непонятные духи и часы, пожалуй, только они мне и понравились, из белого золота, с красивым циферблатом, выложенным из полудрагоценных камней, если всё остальное я был готов выкинуть, то часы я точно оставлю.
Только примерно через час мне удалось вырваться из цепких лап Васильчикова, и я наконец-то поехал домой. Сытно пообедав, я решил немного отдохнуть и, рухнув на кровать, включил на телефоне легкую музыку. В какой-то момент я понял, что засыпаю, но сопротивляться этому не было сил, поэтому я просто закрыл глаза, в конце концов, сегодня выходные, могу себе позволить, ха-ха.
Лорд Артур Брэдли вытянул ноги и довольно прищурился. В отличие от других, он не рассматривал свое назначение как ссылку, наоборот, для него это была возможность неплохо заработать, при этом делая то, что нужно его родине.
— Господин, — в кабинет вошел неприметный мужчина в рабочей робе, — мы закончили проверку посольства, прослушки нет, артефактов тоже.
— Даже так? — Брэдли усмехнулся, — неужели русские решили показать нам свое доверие? Нет, тут явно что-то другое, вряд ли они могут нам доверять после того, как прошлый посол так глупо подставился. Вот что, Джон, проверь еще раз всё, а потом установи глушилки. Я хочу, чтобы это здание превратилось в крепость, ты меня понял?
— Понял, господин, — слуга поклонился и покинул кабинет.
Артур же открыл небольшой блокнот и начал записывать свои дальнейшие шаги. Некоторое время ему придется играть роль ничего не понимающего лорда, русские сейчас на взводе, незачем их дразнить.
— Всему свое время, — тихо прошептал себе под нос Брэдли, — всему свое время…
Меня разбудил стук в дверь. Открыв глаза, я несколько секунд приходил в себя, а стук в дверь все не прекращался.
— Ну и кого там принесло? — поднявшись с кровати, я открыл дверь и увидел одну из горничных.
— Господин, к вам приехали люди, — пискнула она и тут же ретировалась.
М-да, до сих пор не могу привыкнуть к тому, что слуги меня смущаются, надо будет с этим что-нибудь сделать. Спустившись на первый этаж, я вышел на улицу и увидел Жданова с Збруевым в компании четырех мужчин лет шестидесяти и женщины лет сорока. Увидев меня, они слитно поклонились, при этом я успел заметить улыбку Жданова.
— Добрый день, господин, — выпрямившись, они поздоровались со мной.
— Здравствуйте, — я глянул на Жданова, — Петр, познакомишь меня с новыми людьми?
— Позвольте мне, господин, — за Жданова ответил Збруев, — эти четверо мужчин — бывшие гвардейцы вашего рода, Виктор, Андрей, Игорь и Матвей, — он улыбнулся, — возможно, как бойцы они уже не так хороши, как двадцать лет назад, однако как учителя они лучшие. А это наше главное сокровище, Марина, и она лекарь.
— Лекарь? — после его слов я совсем по-другому посмотрел на женщину.
Лекарь — это серьезно, маги с этой направленностью настолько ценны для любого государства, что их стараются всячески беречь. Даже если специальный указ императора о том, что во время родовых войн лекари неприкасаемы. Императора я прекрасно понимаю, пусть боевики режут друг друга, в конце концов, таких еще много будет, а лекарей всегда мало.
— Лекарь, — вместо него ответила сама женщина и улыбнулась доброй такой, мягкой улыбкой.
— Что ж, тогда предлагаю всем нам зайти в дом и уже там нормально всё обсудить, — я глянул на Василия, и тот, правильно меня поняв, скрылся за дверью.
— Ну вот так как-то, — магистр закончил свой рассказ и уставился на меня, ожидая какой-то реакции.
— Для одного дня очень даже неплохо, — я усмехнулся, — у меня есть несколько идей, как можно использовать вас, но хотелось бы для начала услышать ваши собственные пожелания.
— Я лекарь, — женщина пожала плечами, — мое призвание — лечить, кого надо будет, того и буду лечить, — она опять улыбнулась.
— А вы? — я глянул на бывших гвардейцев, — что скажете вы?
— Я думаю, господин, что лучшим решением будет дать нам молодых в обучение, — рассудительно произнес Матвей, самый старший из них, — мы и правда уже не так молоды, а так хотя бы успеем передать свои навыки будущему поколению.
