Крутя эти мысли у себя в голове, магистр и сам не заметил, как добрался до места и, толкнув дверь, вошел в таверну. За столами уже расположились все, кто мог, ждали только его.
— Как господин? — первым вскочил Евгений. Ну оно и понятно, он начальник охраны господина, хотя после сегодняшнего дня еще непонятно, кто кого охраняет.
— Жив, — Збруев тяжело вздохнул, — Марина делает всё, что может, обещала, что скоро придет в себя, но когда это случится, она не знает. Такой вот расклад, — магистр развел руками.
— Погано, — Михей тяжело вздохнул и покосился на Моисея. Старик-артефактор допивал уже вторую бутылку водки и, судя по его мрачному виду, останавливаться не планировал.
— Погано, — магистр кивнул, — я уверен, что скоро тут будут опричники, и вот тогда станет еще хуже. Господин с ними говорил на равных, а вот мы рылом не вышли, поэтому советую тем, у кого есть какие-то грешки, спрятаться.
— Спасибо, — седой ликвидатор кивнул и глянул на Осипа.
Шрам хмыкнул, после чего достал телефон и начал писать сообщения тем, кому не стоит показываться на глаза опричникам.
— Огнев, собирайся, поедешь в тот поселок, откуда в прошлый раз приволок тех бедолаг, — полковник с усмешкой глянул на капитана, — не знаю, что там случилось, но если верить звонку, то там чуть ли не сам император схлестнулся со всеми королями Европы и вышел победителем. В общем, бери усиленный отряд и разберись, мне геморрой на участке не нужен, понял?
— Понял, господин полковник, — капитан кивнул, — сейчас закончу с документами и поеду, — тяжело вздохнув, Огнев взял очередную папку, но мысли уже были далеко от этого, теперь капитану было интересно, что же там случилось. Тьфу, да к черту бумаги, ехать надо!
— Адольф совсем обнаглел, — Василий, тяжело дыша, в очередной раз толкнул от груди штангу, — нет, ты представляешь, дядя, он не просил, он требовал, чтобы я позволил герцогу Палену воевать с Бестужевым? Вот чем таким они питаются у себя в королевствах, а? Почему с каждым годом наглости всё больше? — закончив подход, император взял полотенце и, вытерев лицо от пота, усмехнулся, — что думаешь, дядя, позволим обидеть сиротинушку?
— Конечно нет, государь, — Николай Николаевич в спортивном костюме смотрелся довольно комично, но когда император зовет тебя заняться спортом, у тебя нет выбора, ты берешь спортивную одежду и приходишь.
— Вот и я так думаю, — император перешел к турнику, — пусть Адольфишка целуется со своими цергогами в десна сколько угодно, но у нас свои правила. А чтобы всё прошло без сучка и задоринки, я, пожалуй, позвоню князю Гагарину, — подтянувшись раз двадцать, Василий спрыгнул и широко развел руки в стороны, — старик так сильно любит шведов, что будет только рад узнать о том, что Пален хочет заглянуть к нам в гости. И если швед все-таки осмелится перейти границу, старик покажет ему, где раки зимуют.
— Государь, а если это перерастет в войну? — осторожно спросил Николай Николаевич, беря в руки гантели.
— Значит, империя получит еще пару губерний, — жестко произнес Василий, — мы слишком много церемонимся с разными проходимцами, вот они и начинают забывать о том, что с империей шутки плохи. Но ничего, если надо будет, напомним, одна звезда архимагистров сотрет с лица земли их столицу, и тогда эти северяне быстро вспомнят, почему их предки викинги предпочитали торговлю, а не войну.
— Как скажешь, государь, — великий князь улыбнулся и, сев на скамью, начал делать подход.
Что-то холодное и мокрое постоянно касалось моей щеки, и, желая отмахнуться от этого, я потянулся к лицу и вдруг осознал, что вновь нахожусь в сознании. Открыв глаза, я увидел морду Белого, волчонок словно немного вырос с тех пор, как я видел его, он смотрел на меня своими голубыми глазами и словно спрашивал, почему я лежу, почему не встаю.
— Сейчас, дружище, дай мне минуту, — кряхтя, словно старый дед, я откинул в сторону легкое одеяло, и тут же в глаза бросился свежий шрам на животе.
Проклятье, выходит, некромант все же смог меня задеть. Поднявшись на ноги, я направился в сторону туалета, каждый шаг давался мне с большим трудом, и это при том, что источник полон под завязку. На автомате запустив циркуляцию энергии, я дошел до нужного места и, сделав все дела, полез под душ. Прохладная вода немного взбодрила меня, и через пять минут я уже более-менее походил на человека. Вернувшись в комнату, я нашел одежду, после чего вышел в гостиную. За столом сидели Евгений с Збруевым, заметив меня, они тут же вскочили на ноги и уставились преданными взглядами.
— Вольно, — вяло отмахнувшись, я рухнул на стул, — рассказывайте, что случилось после того, как я потерял сознание. Много у нас потерь?
— Почти четыре десятка, — глухим голосом ответил Женя, — это всё моя вина, не учел, что некромант даже после смерти может ударить так, что мало не покажется.
