— Хм, выходит, не такой он и бесчувственный, как я думал, — задумчивым тоном произнес Риволи, — война родов — это так интересно. Вот что, Анжелика, я не злюсь на тебя, можешь не переживать. А сейчас передай телефон Антуану, сама же можешь идти отдыхать, хорошо?
— Хорошо, господин, благодарю, господин, — девушка облегченно выдохнула и протянула телефон Антуану, после чего выбежала из комнаты. Проводив ее долгим взглядом, тот приложил телефон к уху.
— Слушаю, господин, — спокойным тоном произнес он.
— Антуан, с этой курицей каши не сваришь, как говорят русские, — с усмешкой произнес герцог, — вот что, узнай мне всё о войне между Васильчиковым и Гудовичем, справишься?
— Конечно, господин, — все так же спокойно ответил мужчина, — как быстро нужно это сделать?
— Максимально быстро, Антуан, — голос герцога посуровел, — нельзя дать Бестужеву войти в полную силу. Он стал архимагистром недавно и еще не до конца представляет, на что способен.
— Хорошо, господин, я все сделаю, — мужчина добавил почтения в голос, — дайте мне несколько часов, и вся информация будет у вас.
— Жду, — после этих слов герцог прервал звонок, а Антуан положил телефон на стол и усмехнулся.
Предстояла очередная работа, работа на благо Франции!
— Осталось два часа, и будем на месте, — Арсений откусил хороший такой кусок пирожка и улыбнулся с набитым ртом. Мда, и это сын графа, хотя я ведь и сам такой.
Допив кофе, я уже хотел было вернуться к автомобилям, когда телефон в моем кармане зазвонил. Достав его, я глянул на экран, однако номер был мне незнакомым. Хм, и кому я понадобился в десять часов вечера? Несколько мгновений я раздумывал, отвечать или нет, и в итоге решил ответить.
— Слушаю.
— Граф Бестужев? — голос на другом конце мне точно был не знаком, хриплый, грубый, раньше я его не слышал.
— Он самый, — я усмехнулся, — и кому я понадобился в это позднее время?
— Граф Гудович Александр Викторович, — хриплый голос тут же стал официальным, — граф, я звоню вам для того, чтобы лично пообщаться. Мой человек допустил ошибку, и он будет наказан за это. Но не кажется ли вам, что вступать в войну из-за пары выстрелов как-то чересчур?
— А кто сказал, что это из-за выстрелов? — я хмыкнул, — нет, граф, меня задела наглость вашего человека. Прийти к моему дому и просить от меня такое, нет, я решительно не могу согласиться с вашими словами, граф. Я вступил в войну по праву и буду идти до конца.
— Это ваш окончательный ответ? — в голосе Гудовича появились мрачные нотки.
— Окончательный.
— Что ж, значит, так тому и быть, — после этих слов он положил трубку. Мда, какой-то он невоспитанный, если честно.
— Кто звонил? — ко мне подошел Арсений, — у тебя такое лицо, словно тебе нужно срочно кого-то убить. У отца такое же лицо, когда он проводит совещания с вассалами.
— Гудович звонил, — я покачал головой, — решил лично попытаться уговорить меня не воевать на вашей стороне.
— И что ты ответил? — Васильчиков начал белеть, а я с трудом сдерживал хохот. Ну вот в кого он такой мнительный?
— Конечно же нет, дружище, — я решил не мучить парня, — разве я мог ответить по-другому? И вообще, давай заканчивай с едой, нам еще два часа ехать, наверняка нас уже ждут.
— Еще как ждут, — Арсений тут же взбодрился, — выкинув недоеденный пирожок в мусорку, он развернулся и чуть не побежал в сторону автомобиля.
— Мальчишка, — сквозь зубы процедил граф, глядя на двух мужчин перед собой, — я дал ему шанс остаться в живых, но больше такого не будет!
— Мы можем заняться этим человеком, дорогой союзник, — с улыбкой произнес один из мужчин, высокий, с аристократическими чертами лица, — но ты знаешь, сколько стоит наша помощь. Ты готов заплатить полную цену?
— Готов, — немедля ответил Гудович, — уничтожьте Бестужева, и вы получите не только полную цену, но еще и бонус.
— Слово сказано, — торжественно произнес заговоривший первым.
— Слово услышано, — тихо прошелестел голос второго, и в шатре на секунду стало смертельно холодно.
Гудович моргнул, а когда открыл глаза, в шатре уже никого не было. Облегченно выдохнув, он на негнущихся ногах подошел к столу и, сев, налил себе немного вина. Эта война окончательно пошла не по плану, ведь Библиотекарей он хотел оставить на самый конец, чтобы уничтожить Васильчиковых. Ничего, придется делать это самому, но зато с Бестужевым будет покончено!
— Ты уверен? — еще раз глянув на снимок на столе, Николай Николаевич почувствовал, как по спине пробежал табун мурашек.
— Уверен, ваша светлость, — офицер кивнул, — это Библиотекари, ошибок быть не может. Мои люди засекли их в Пскове несколько часов назад, но сразу сообщать не стали, проверили информацию. Это точно граф Гудович, только у него есть достаточно денег и ресурсов, чтобы нанимать этих убийц. Да и в Пскове это больше никому не надо.
