Спустившись в подвал под казармой, я прошел в нашу импровизированную тюрьму. Два бойца-монолитовца, как всегда, дежурили у дверей и без каких-либо вопросов пропустили нас внутрь. Хм, и правда, одна из пленниц явно изменилась.
— Так вот ты какой, Алексей Бестужев, — спокойно произнесла она, глядя на меня изучающим взглядом. — Неплохо ты в Риме повеселился, очень даже неплохо. Правда, тебе помогли, но даже так я удивлена. Такой молодой и уже такой сильный, — пленница, а точнее тот или та, кто сидел внутри, облизнулся. — Пожалуй, я не буду тебя трогать пока что, ты мне еще пригодишься.
— Пригожусь? — я усмехнулся. — Смелое заявление. Библиотекари тоже думали, что могут навредить мне, и что в итоге?
— Правильно, мальчик, даже в безвыходной ситуации иди до конца, — пленница расхохоталась. — Вот только что ты знаешь о мире? Позволь, я отвечу за тебя, ты не знаешь ничего. Живи, пока можешь, мальчик, сопротивляйся, своим сопротивлением ты даже поможешь мне, — пленница подмигнула. — А знаешь, раз уж играть, то играть до конца. Вот что, я дам тебе этих двух дур, несмотря на свою безмозглость, их дары не так уж и плохи, — после этих слов я увидел, как глаза пленницы засветились красным, а потом соседняя пленница начала трястись, словно в припадке, а следом также резко затихла.
— Я стерла ей память, — спокойно произнесла первая. — А теперь сотру и этому сосуду. Они не будут ничего помнить, я это гарантирую, после чего делай с ними что хочешь, — улыбнувшись как-то по-змеиному, она прикрыла глаза, после чего затрясло уже первую пленницу.
Женя кинулся было к ней, но я остановил его, внимательно наблюдая за процессом. То, что я столкнулся с новым игроком, было понятно сразу, теперь осталось понять, что из сказанного правда, а что блеф, и не является ли это какой-то игрой наших пленниц. Когда девичье тело перестало трястись, я потянулся к ментальной энергии внутри себя и, создав два щупа, направил их в сторону девок. Вот сейчас мы и проверим, цирк это был или нет, но почему-то мне все же кажется, что нет. И у меня только один вопрос: какого хрена, нет, серьезно, какого хрена?
Когда мои ментальные нити проникли в головы пленниц, я с помощью импульса вывел их из странного состояния, и, убедившись, что они меня видят, решил приступить к допросу.
— Твое имя? — я глянул на первую, ту, в чью голову вселилась непонятная сущность.
— Не помню, — поморщившись, ответила она, — ничего не помню.
Я с сомнением глянул на нее и решил добавить немного давления. Однако сколько бы я не давил, ответ был один и тот же, ничего нового мне не удалось узнать. Проклятье, неужели кто-то и вправду так легко может стереть чужую личность? Хорошо хоть эта парочка не превратилась в овощей, только этого мне не хватало для полного счастья.
— Что делать, господин? — Женя глянул на меня вопросительным взглядом, вот только я и сам не знал ответ на этот вопрос. С таким я впервые сталкивался, причем не только в этом мире.
— Пока мы не будем делать ничего, — видя, что он ждет от меня ответа, я решил сказать хоть что-то, — оставим их тут, под присмотром, а мне нужно кое с кем посоветоваться.
— Как скажете, господин, — боец пожал плечами, — но, если честно, у меня до сих пор мурашки по коже от того, как она с вами разговаривала, — Женя поёжился, — от этих слов веяло угрозой, господин, большой угрозой.
— Спасибо за замечание, — я усмехнулся, — мои чувства были схожи с твоими. Вот только иногда такого рода угроза не больше чем блеф, помни это, хорошо.
— Хорошо, господин, — он склонил голову, а я направился на выход.
Покинув казарму, я взял курс на дворец и через несколько минут уже стоял перед дверью в покои Инги. Постучав, я услышал ленивое «заходи» и вошёл.
— А, это ты, граф, — Инга лежала на кровати и листала новостную ленту в телефоне, — что-то случилось?
— Можно сказать и так, — я кивнул, — тебе что-нибудь известно о людях, умеющих вселяться в чужие тела?
— А почему ты это спрашиваешь? — Инга тут же села, отложив в сторону телефон, — что случилось, Алексей?
— Только что я поговорил с кем-то, кто вселился в тело одной из моих пленниц, — я покачал головой, — ощущения, скажу тебе, непередаваемые. И да, это ещё не всё, чтобы ты понимала, кто-то, или что-то, каким-то образом стерло память пленницам, и теперь они вообще нихрена не помнят. Как тебе такой финт?
— Ты уверен, что не ошибаешься? — голос Инги звенел от напряжения, — не сгущаешь краски?
— Пошли, сейчас ты сама во всём убедишься, — развернувшись, я вышел из комнаты, даже не оборачиваясь, прекрасно зная, что Инга пойдёт за мной.
Через несколько минут мы были опять в той же камере, только на этот раз Инга решила устроить проверку моим пленницам. Архимагистр ментальной магии работала серьёзно, от волн ментала даже меня качало, вот только ничего нового нам не удалось узнать, ответы были те же самые. Закончив с допросом, она повернулась ко мне.
