Поняли же эти сволочи, что законный наследник жив, раз сокровищница родственников Дамрука не пускала. А потому чуть позже будет запущен слух, что королеву с наследником спасли Верховные жрецы, увезли далеко-далеко и пока скрывают. Ближники Дамрука пытались вызнать о ней хоть что-то… Охоту открыли, мерзавцы! А то, что король оказался не один ход женатым – так о том специально не говорилось, потому как снова бы проклятие на детей наслали! Все ж прекрасно помнили, как сильно болел наследник Дамрука. Кто ж в массы понесет, что король сам его и запытал до смерти?
В общем, слухи – такая штука... Еще и невероятными подробностями обрастут к тому моменту, когда Дариола вернется в столицу с детьми. Ее тогда освободительницей назовут, не иначе. Наестся народ власти аристократии… Ох, наестся… А мы вчера с воспитанниками не только вдосталь наигрались, набесились, но и полночи страшилки рассказывали. Тирхан и вовсе анекдоты травил, да так, что леди Арсула до слез смеялась (удивительно, но среди гостей моего дома отказавшихся от общей ночевки не нашлось)… Да что там, все мы ржали как лошади… Правда, взрослые больше смеялись над несколько петушино-павлиньими ухаживаниями Тирхана за леди Арсулой. Утром, к слову, они уходили вместе, а потом детвора засекла их в вишневом саду на качелях…
В общем, я только за, если учителю наконец-то улыбнется удача. Проживет он еще долго, к тому же озеро всем органы обновляет, ни сердце, ни еще что-то барахлить у него не должны. Я бы не отказалась увидеть его счастливые глаза. Может, леди и дитя ему подарит... Ну а вдруг? Не такой у нее и преклонный возраст, она Тирхана почти на пятнадцать ходов младше. К тому же своих детей у нее никогда не было. Не сложилось у них с лэдором Лидарским, а тот, как я поняла, сирот брать на воспитание не хотел. Даже из дальней родни. В общем, если к свадебке пойдет, я точно знаю, кому преподнесу зелье из плодов и цветков дерева Жакрад.
А что? Я не против понянчить сына или дочь Тирхана! Как и наших общих с Виктраном. А там, глядишь, наши дети и расти вместе будут...
Я отогнала от себя радужные мысли, вернувшись из мечтаний в реальность.
– Это ведь не все? Что происходит в столице?
– Там все под контролем.
– Витя! – кошкой зашипела, забыв, что мы договорились земные имена больше не использовать. Даже наедине.
– Стейзи, драгоценнейшая моя, тебе не о чем переживать. Ваше с Тирханом зелье работает…
– Не заговаривай мне зубы. Что в столице? Если королева мертва, знать просто так сидеть сложа лапки не станет! А плод? Хотя и недоношенный... Сколько ей до родов оставалось? Еще месяца три? Хватило ли Артусу сил сохранить ребенка?
– Два вехимана. И нет, плод погиб вместе с королевой. Правильнее сказать, что сначала не стало его. В столице – наши люди, мои. Все под контролем. Сейчас часть аристократии – бывший Круг короля – опаивают вашим зельем. Чуть позже некоторых я и в Источнике ополосну. Когда выясню общую картину полностью…
– А общую – это память Верховного жреца? Ополоснет он... – я хихикнула.
На ум снова пришла принцесса, которая булькала в озере… Отмокала, да…
– Любовь моя, зачем тебе эта грязь? Я даю слово, что вернусь живым. Лучше подумай над тем, что ты хочешь сделать в первую очередь…
– Не меняй тему, – фыркнула я, но позволила мужу поцеловать сначала мое плечо, затем щеку.
Осторожно, конечно же, ведь между нами дрых Илиас, который внезапно воспылал желанием спать с мамой. И даже оставил Аха! Нежку в итоге мы тоже взяли к себе, только она рядом в люльке спала, а не с нами в кровати.
Ах, судя по ощущениям, носился по Колыбели и заглядывал в окна, проверяя каждого жителя. И вот даже настраиваться на него не надо было, чтобы понять, что дольше всего он любовался спящими детскими личиками.
Я довольно зажмурилась. Нет, знать, что за грязь в голове этого гада, мне точно не хотелось. С последствиями да, столкнуться придется. К тому же мы с Виктраном пока не научились экранироваться друг от друга, а потому даже то, что не очень-то хотелось рассказывать путем показа воспоминаний, во время сна все равно вырывалось наружу. Так, например, Витя увидел, как я выла на могиле Сергея Денисовича. Вот чего бы я точно ему показывать не хотела. Как и он не особо желал мне демонстрировать некоторые моменты из своей жизни. Казнь, например, которую он своей рукой вершил. Или тот момент, когда он в виде коня с радраком на шее лишил жизни мальчишку в Липнянках. Я тогда в слезах проснулась. И понятно, что сам любимый этого не хотел, да чувство вины его по сей день терзало.
Так что я была уверена, что все равно что-то да прорвется. Так или иначе, а эта сторона меня не обойдет.
– Не заснешь же, да? Ты всегда была упрямой.
– Скорее упертой. Но да, хочу знать, что ты задумал. Неужели вернешь принцессу в столицу и на трон посадишь? Ее, кстати, Ахадэриан разрешил вывести из коматозного состояния. Больше ни ее разуму, ни телу ничего не угрожает. Кроме печатей, конечно. Но и их действие он теперь может заблокировать или вовсе снять.
Любимый протяжно вздохнул, лег на спину и подпер затылок запястьем.
